Забытый легион

Она легко увернулась от второго удара и опрометью побежала вдоль комнат и пиршественных залов, выходивших под портик перистиля.

– Скажи этому никчемному отродью, чтобы поторапливался!

Голос хозяина гулким эхом разнесся по всему дому. Все еще трясясь от гнева, Гемелл тяжело опустился на украшенный тонкой резьбой мраморный парапет фонтана, который находился в тени деревьев возле задней стены окруженного колоннадой дворика. Заднюю стенку бассейна украшала затейливая мозаика, расположенная таким образом, чтобы сразу бросаться в глаза гостям, входящим в атриум или глядящим сквозь открытые двери таблинума[4 - Таблинум – большая комната, примыкавшая к атриуму.

В Древнем Риме обычно служила кабинетом хозяина дома.].

Он зачерпнул ладонью воды и смочил лоб. Фонтаны и стоки для нечистот были роскошью, которую мог позволить себе только очень богатый человек. Гемелл порой задумывался, как долго еще он будет в состоянии поддерживать столь экстравагантный образ жизни. Впрочем, возвращаться к нищей жизни в инсуле, подобно предкам, он отнюдь не собирался.

Взглянув на тень, отбрасываемую стрежнем солнечных часов, которые располагались посреди двора, Гемелл увидел, что вот-вот наступит гора кварта[5 - Гора кварта (hora quarta) – четыре часа, примерно соответствует 9:30–10:30 утра.]. До полудня оставалось еще более двух часов, но воздух уже сделался жарким, как в Гадесе. Он громко выругался и вытер лицо подолом нечистой туники. Жизнь и без того была достаточно тяжела, чтобы еще гоняться по вилле за ублюдками Вельвинны.

Из-за неустойчивой, то и дело меняющейся политики властей и растущей зависимости хозяйства от количества привозных товаров дела становились все хуже и хуже. Сенат, ослабленный взятками, продажностью и никчемным руководством, три года назад уступил Крассу, Помпею и Цезарю и разрешил им создать триумвират. После этого практически вся власть в Риме сосредоточилась в руках этой троицы, но лучше от этого не стало.

Махинации честолюбивого, но малопочтенного аристократа по имени Клодий Пульхр отнюдь не помогали исправить положение.

Он вел постоянную борьбу против Сената и планомерно работал над повышением своей популярности в трущобах. Клодию нужна была только власть, и ради нее он был готов на все. Засыпав бедняков обещаниями, он быстро добился от них массовой поддержки. Кульминацией коварной тактики Клодия стал его переход из патрициев в плебеи, что позволяло ему претендовать на должность трибуна.