Самому себе не лгите. Том 2

В это утро я оказался в редакции без сотрудников, которые разбежались собирать материалы для очередного выпуска. Помыв картошку, я уже собирался поставить ее вариться «в мундире», но не успел. Дверь тихо отворилась, и вошел знакомый корреспондент из другой частной газеты, освещавший вопросы культуры и экологии. Дмитрий спросил с места в карьер:

– Эмилий, ты вот учитель, а мы так, рядом стояли. Скажи, есть ли разница между «Выхожу один я на дорогу» и «В лунном сиянии»?

– С утра еще видел разницу, – отвечал я с иронией.

– Почему же ты их перепутал, напечатав фельетон против моей критической статьи о культуре в нашем районе?

Не дожидаясь ответа, он вышел в коридор. День явно не задался. Мое горькое предчувствие подтвердилось последующими событиями. В двери вломился гражданин с видом уличного громилы: широкоплечий, крепкого телосложения, высокого роста, ручищи кузнечных дел мастера, с бессмысленным взглядом далеко не шахматного интеллектуала. Увидев его посреди просторного кабинета, я невольно съежился, и мне захотелось укрыться под рабочим столом.

Вся моя почти двухметровая фигура едва ли могла уместиться между двумя тумбочками и верхним ящиком стола. Он был выше меня в полтора раза, казалось, занял собой все пространство редакции с пятиметровыми потолками. Можете себе представить, каково мне будет лететь, если этот громила выкинет меня за окно с третьего этажа. Судя по выражению его лица, я был уверен, что моя биография непременно завершится этим заключительным аккордом.

– Вы редактор «Золотого лабиринта»? – спросил громоподобным голосом громила.

– Я, – ответствовала моя персона с тревогой в голосе.

– Знаете ли вы разницу между бойлером и бройлером?

– Если я не ошибаюсь, бройлеры идут в пищу, а бойлеры не по зубам, в них много кипятка и железа.

Я теперь уже решил не повторять утренней шутки.

Гражданин так загромыхал луженой глоткой, что зазвенели стекла на окнах. Отсмеявшись вволю, он вдруг хлопнул кулачищем по столу.

– Кто писал статью о работе жилищно-коммунального хозяйства?

– Мой корреспондент.

– Кто такой, как фамилия?

– Я не обязан выдавать своих сотрудников посторонним лицам.

– Тогда за клевету и оскорбление личности я тебя лично привлеку к суду. Слушай меня сюда, редактор, – продолжал он подобно Зевсу-громовержцу, – в статье напечатано, что трубы гнилые, дырявые и ржавые, поэтому в квартирах холодно и вместо горячей воды из крана поступает вода с температурой парного молока.