Чернила в бокале. Драматическая повесть

…Я же сию минуту – в моём взыскующем наваждении! – уже не вижу и почти не ощущаю – именно того: как вот я сейчас сижу… как шевелю рукой…

…Сцена.

Обыкновенная, по всему, комната в обыкновенной, стало быть, квартире… Стол, стулья, диван… Два окна?.. Нет – одно…

Здесь – уж не чувствуется ли озабоченность о возможном… режиссёре?!..

Но он, как всегда у меня, уже есть: режиссёр – произвол правды.

Я, бывает, пишу на колене – а замечаю написанное… когда через неделю листаю записную книжку.

Двери… Дверей – три.

Необычно! – И всё же…

Теперь – обитатели…

Та-ак… Кабинет писательский непременный… Есть ли он где-то тут?.. Вернее всего… справа…

А дверь-то – и от-кры-вается!..

Жуть!..

Вожделённая жуть…

Прозаик Николай Васильев!..

(Значит – так оно и есть!.. И таковы даже его имя и фамилия…)

Он выходит в распущенной рубашке и в домашних тапках… с всклокоченными волосами…

(Да уж вижу!)

Ему, по внешности (или как?), лет сорок…

Николай (почему-то всё-таки именно – Николай):

–– Я!.

(Подчеркнул, кстати, сейчас имя в рукописи – раз герой столь своеволен и… и раз он сам голос подал…

Кстати: для удобства – ведь мне же потом и текст править! – намечу: подчеркивать буду имена, когда герои явятся на это место, так сказать, действия впервые и когда они будут что-нибудь… ну, изрекать… Если – появятся… если – будут…)

Николай – он двигается вяло, настороженно… у него то ли забытая щетина, то ли хилая бородка… он несёт бутылку водки за горлышко… (вот как!) обращается – в пространство:

–– Я напишу роман! Он будет начинаться так: «Уж извините, я – талантливо.

(Вот чьи слова?.. чей характер?..

Жизнь героя и есть жизнь героя… В присутствии его у меня даже почерк, кажется, изменился… Да и вообще речь персонажа я стал бы писать чернилами другого цвета!..)

Жена Николая Мария!.. (что ж – тут как тут!) она вбегает ловко с тарелками, рюмками, вилками… из двери, что слева… привычно размещает всё на столе – который, конечно, посредине… она в праздничном платье, сверху его кухонный передник… спрашивает торопливо, не глядя на мужа:

–– Ты сегодня чего делать будешь? Что делать будешь?.

(Свидетель я… невольный… Или – вольный?..)

Николай, не глядя на Марию, отвечает кому-то устало:

–– Нет! Я напишу пьесу. Начинается так: «На сцене лишь те предметы и лица, которые пожелал, упомянув их, автор».