Трубадур

Не теми, которые вы, Трубадуры, исполняете на сельских площадях, а своими, для, так сказать, внутреннего пользования.

– В городе есть свой Трубадур?

– Нет, мы не поем песен, не ревнуй, – Люба подавила смех. – Мы просто говорим друг с другом. Прежде это называлось «распускать слухи». В местных сказаниях-слухах свои герои. Мы говорим о Воротах, о Радужной Стене, о черях, об Анкетной башне, о Бухгалтере.

– Расскажи! – потребовал Трубадур.

– Всему свое время, – мягко сказала Люба. – Кое-что ты совсем скоро поймешь сам, что-то расскажу я, но большую часть никто из нас не поймет никогда.

Или поймет по-своему. У каждого своя история. Многие из них – заведомо выдуманные. Ты расскажешь мне свою. Я послушаю с удовольствием. Мы всегда внимательно выслушиваем новоприбывших, таких, как ты, – все местные когда-то пришли в Город, проделав длинный путь, каждому интересно знать, что изменилось в оставленном мире.

– Что же изменилось за последние годы? – спросил Трубадур.

– С момента моего прибытия до твоего появления в Городе? Ничего не изменилось, – ответила Люба.

 – Сколько бы не приходило новых людей и новых черей. Думаю, и ты не расскажешь мне ничего восхитительно нового.

– Чери тоже рассказывают свои истории? – удивился Трубадур.

– Чери не говорят с людьми, – призналась Люба. – По преданиям, вначале равнину рассекла Радужная Стена. Спустя годы в стене разверзлись Ворота. Либо Ворота существовали изначально, просто их нашли не сразу. Трудно судить, это случилось очень давно, еще в Эпоху Воюющих Банд.

Или того раньше – в Эпоху Торговли. Так гласят легенды, но разве легенды можно назвать точным источником информации?

– Других нет, – отозвался Трубадур.

– Других нет, – согласилась Люба. – К Воротам потянулись люди. Вырос Город. А кто-то говорит, что Город был здесь до всего, даже до самой Стены. Кто-то верит, что Город возник по воле Жрецов из горного Храма в Эпоху Руин. Иные считают, именно чери отстроили наши дома и вымостили наши улицы. Но, скорее всего, чери появились в Городе много позже.

Им нет дела до людей, до человеческих строений. Их царство за городской чертой – и со стороны хребта, и со стороны равнины. Они живут в сквотах – общих домах. Каждый вид – в своем сквоте. Мы туда не ходим.

– Опасно? – спросил Трубадур.

– Нет, не опасно, – вздохнула Люба. – Жутко. Бредешь между ними, словно в долине теней. Или наоборот – словно ты сам тень. Словно тебя нет. Чери занимаются своими делами, даже не смотрят в твою сторону.