Последняя Универсаль. Часть 1

Многие из них считали себя приверженцами какой-то определённой веры: одни поклонялись Солнцу, другие были последователями Христа, третьи исповедовали ислам или буддизм, или занимались предсказаниями на ветер и камни.

– Кто ты? – спросила Олимпия.

– Сын Земли, – ответил странник.

– Где ты живёшь?

– Обычно высоко в горах, но иногда я спускаюсь к смертным, чтобы учить их Истине.

– К смертным? Так ты бессмертный?

– Да.

ГЛАВА 3

«УБЕЖИЩЕ»

«Спасение приходит как раз тогда,

Когда его меньше всего ждёшь».

(Притча).

…На протяжении всего вечера Густав Милер пытался уйти к себе, но не мог. Он не мог отвлечься от тех мыслей, которые блуждали около «подарка» Амона-Раа. Красивая рабыня волновала его воображение, и он в тысячный раз пожалел, что не взял этот «шедевр тонкости и грации» с собой.

Почему не мог? Интересно, как бы он объяснил командору своё отсутствие? Впрочем, лидер Сопротивления не отличался особой привередливостью, не был дотошным, и как нельзя лучше понимал своих подчинённых.

Как Милер не копался, он всё же не нашёл ни одного отрицательного качества, ни одного недостатка в командоре. Крейг отличался гордостью, но разве это – недостаток?

Густав улизнул с вечеринки раньше обычного. В принципе, ему ничего не стоило сделать это – в общей суматохе его даже не заметили, и никто не обратил внимания на то, как серебристый воздухолёт первого помощника Командора покинул бунгало и направился в сторону окраин Ассинии, где находилось его собственное бунгало, такое же большое и роскошное.

Появившись внутри «своего особняка», Густав отослал швейцара, а сам, набрызгавшись одеколонами, направился прямиком в спальню, где среди усыпляющей интимной обстановки его ждала самая красивая жрица любви с галактики Хатхор.

Густав не любил спать в кювезе, предпочитая старинную обстановку ушедшего в небытие средневековья. Его кровать представляла собой большое ложе, устланное покрывалами. Сверху над всем этим «заграждением» располагался балдахин.

Ткани тончайшей выделки свисали вниз и скрывали спящего.

Густав раздвинул полог и какое-то время молча стоял, любуясь недавним случайным приобретением.

Девушка спала или казалась спящей. Она лежала среди разбросанных под навесом подушек, сшитых на восточный манер из люрикса; длинные чёрные волосы разметались в разные стороны, ресницы чуть подрагивали в такт вздымающейся во сне груди. Если она не спала, то отлично имитировала состояние сна.