Орден Леопарда. Сборник рассказов и повестей

В финале спектакля свет гас, и все актёры с этими пятисвечниками медленно кружились в последнем танце. Дух перехватывало у зрителей от эдакой красоты.

Засуетилась тётя Валя, отложила список, очки куда-то сунула и пошла за кулисы на сцену. Тихонько-тихонько прошла за каждой кулисой и все пятисвечники приготовила и зажгла. Потом направилась в реквизиторскую, чтобы к списку вернуться.

Уже на выходе со сцены показалось ей на короткий миг, что кто-то шепотом зовёт её. А как иначе? Конечно шепотом, в театре иначе нельзя… Только шёпот этот показался очень знакомым.

Внучек, Андрюшенька, будто позвал.

Оглянулась тётя Валя, а Андрюшеньки и нет. Да и как же он может быть, если два года назад проводила она сама его на погост. Андрюшенька, как и папа его, тоже после армии в милицию пошёл. Но не пуля, не нож бандитский сгубили его. Сосунок на мамином джипе с управлением не справился, то ли пьян был, то ли под наркотой – никто не знает, маменька его откупила, говорят. А Андрюшенька и ещё трое пешеходов ни в чём не повинных на дороге остались…

Стряхнула тётя Валя с глаз виденье, снова список взяла, а очков-то найти и не может.

Искала-искала, искала-искала… Нет. Как будто провалились. Взглянула на листок.

И вдруг показалось тёте Вале без очков, что не список реквизита у неё в руке, а треугольник фронтовой, что прислал отец. Единственный его треугольник. Химическим карандашом писал в нём отец, что у него сегодня выпуск из школы лейтенантов, а завтра они идут в бой за родину нашу и будут бить проклятых фашистов до самого логова, до самой победы.

Больше треугольников, сколько ни ждали, не было, вместо них пришла официальная бумага, в которой было коротко и страшно сказано, что отец, как и весь его взвод пали смертью храбрых на самых подступах к столице нашей… А был тогда отец в три раза с лишним моложе тёти Вали…

Кольнуло опять как-то нехорошо в груди, и ноги будто ослабели… Подошла к диванчику, присела, руку прижала к груди, глядь, а очки-то в руке. «Вот дура! – подумала.

 – Так с очками в руке и хожу, и ищу их!»

Прибежал тут Толик, молодой актёр.

– Тёть Валя, дай, пожалуйста, тряпку, воду я на стол пролил, вытереть надо…

– Что-то, Толечка, мне нехорошо, ты, миленький, возьми сам. На верхней полке салфетки в пакете. Вот на стремянку становись…

Вспорхнул Толик на стремянку.

– Здесь, тёть Валь?

– Да, золотце, справа от тебя в коробке пакеты.

– Ага! Вижу, спасибо, тёть Валь!

Спрыгнул с лестницы Толик.