Одиссей в бинарном мире

 – Я встревожился и не мог этого скрыть.

– Я звоню по поводу вашей заявки на генную терапию. Мне очень жаль… Ваш запрос отклонен.

Я правильно услышал? Наверное, нет… Да, скорее всего, не расслышал.

– Я не совсем вас понял.

– К сожалению, ваша заявка отклонена, мистер Августин.

Словно холодная рука сжала мое сердце, заставляя его так бешено стучать, что вибрации этого биения доходили до барабанных перепонок. Они громыхали во мне – барабаны войны, нет, барабаны поражения.

– Что вы имеете в виду – отклонили?! На каком основании?

Меня охватила мелкая дрожь.

– Прежде чем подать запрос, я должен был выяснить по поводу вашей страховки, будут ли они…

– Да наплевать мне на страховку! – сорвался я. – Деньги не проблема!

– Пожалуйста, успокойтесь, мистер Августин, это не единственная причина.

– Я предоставлю кредитные отчеты, другие доказательства, что я платежеспособен!

– К сожалению, они не принимают больше пациентов.

Тогда почему он упомянул мою страховку? Он лжет. Этого не может быть!

Сердце безжалостно трепыхалось, готовое разорваться в любой момент. Перед глазами все поплыло, и резкое головокружение заставило меня опереться о стену. Я смутно слышал, как доктор повторял мое имя.

Он может, наконец, заткнуться? Какой бред он собирается сейчас предложить? Успокаивающий комплекс пилатеса или бессмысленную терапию доктора Аберлунд?

Я не мог понять, почему у меня отбирают мой спасательный круг? Просто так!

– Это доктор Кокс? – спросила Несс, как только зашла.

– А кто еще, по-твоему, это может быть? – заорал я. – Ты понимаешь, это конец!

Я смотрел на пол пустым взглядом.

– Нет, не конец, – ее голос дрогнул. – Мы справимся!

Но это были лишь слова. Мы оба знали, что вся затея бессмысленная.

Проклятые конвульсии становились все сильнее и чаще. Каждый раз, когда я засыпал, внезапная судорога в ноге подбрасывала меня, выкидывая из дремы.

Я еще не принимал сегодня лекарств, но, увидев коробки с алпразоламом и тетрабеназином, уставившихся на меня из шкафа, мне захотелось спустить этот яд в унитаз.

Какой теперь в них смысл?Моя мама всегда была против лекарств!

За порогом полуночи мне удалось забыться несколькими часами сна, прежде чем будильник вырвал меня из беспокойного забвения. Удивительно, но, проснувшись, я не чувствовал ни тошноты, ни усталости.