Одиссей в бинарном мире

Подгоняемый ее задорным голосом, я поспешно снял туфли, оставил пиджак на вешалке и вступил на пепельно-белый пол кухни. Здесь были владения Несс.

– Поможешь слить воду из пасты? – попросила она, снимая кастрюлю с плиты.

– Конечно!

Она передала мне кастрюлю, но, как только черная ручка коснулась моей обожженной ладони, я громко взвыл, инстинктивно выпустив ее из рук:

– Черт!

– Что у тебя с рукой? – обеспокоенно спросила Несс.

– Не знаю, – ответил я безразлично.

– Вик, скажи мне, что происходит?

– Доктор… думает, что у меня Хантингтон? – начал я вопросительно, будто и сам не слишком был уверен в том, что говорю.

Я опустил глаза – на полу валялась паста; поднял взгляд к лицу Несс – напряжение ее ощущалось буквально физически.

– Что? Хантингтон?

– Да.

– Это же не страшно, правда? – Она издала нервный смешок.

– Четыре года. – Я постарался сказать это холодно.

– Лечение займет четыре года?

– Осталось четыре года, Несс!

– Это не… Они могут… Но есть же лекарство? Должно быть, верно? – Теперь дрожь била Несс, как какое-то время назад меня.

– Говорят, нет.

– Всё можно вылечить! Должно быть что-то! – Несс кричала. – Что, если они не правы? Мы должны запросить заключение другого специалиста. Я знаю кое-кого… мы…

– Несс, – прервал я, – не думаю, что они ошибаются.

– Почему? Почему ты так уверен?

Я вытянул перед ней свои дрожащие руки.

– За последние несколько месяцев стало хуже. И ты это знаешь.

– Этой раны у тебя не было!

– Причем здесь рана? Они трясутся, Несс!

– Тогда… что это? – испуганно спросила она, указывая на ожог на моей ладони.

– Прожег сигаретой.

– Почему?..

– Не знаю, хотел почувствовать…

– Как ты можешь быть так уверен, что врачи правы?

– Я только что сказал тебе, черт возьми! – Она начинала меня злить. – Дело не в моих руках, Несс! Это в моем мозгу! И с каждым днем все будет только хуже.

– Нет. Ты просто боишься! – Она упрямо качала головой, отказываясь признавать услышанное.

 – Вот почему они трясутся. – Несс подняла руки, раскрыла их передо мной. – Смотри, Вик… – Ее голос дрогнул, как и протянутые ко мне руки. – Они дрожат, как у тебя!

– Конечно, боюсь! – с горечью признал я. – А знаешь почему? Потому что они правы! Ты же сама советовала провериться у доктора. Они не ошибаются, – заявил я, и эхо последних слов зловеще расползлось по всему дому.

– Хочу пройтись, – вяло пробормотал я и пошел к выходу.