С полуслова. Сборник рассказов

– Пошли уже – мужу не терпелось продолжить, пусть и медленное, но движение.

– Погоди немного, – ласково произнесла она, не отрывая взгляда от куколок.

– Ну зачем они тебе, стара ты уже для этого, – решил он подшутить над ней, лишь бы уже сдвинуться с места.

Она молчала и продолжала смотреть. Седовласый супруг стоял рядом, постукивая батогом об пол, как нетерпеливый конь бьет копытом, готовый сорваться с места.

– Мной поморговала, на кукол любуешься, – начал ворчать мужчина. – Пошли уже. Не по возрасту тебе это.

 – И не спеша двинулся дальше вдоль стеллажей.

Она, словно очнувшись ото сна, вдруг быстро произнесла:

– Поговори мне ещё. – И уже с улыбкой на лице добавила, – вот рожу тебе ещё, узнаешь почём фунт лиха. И куклы тогда тебе в радость станут…

На лице мужа заиграла довольная ухмылка. И морщинистые веки сузились в хитром прищуре. Теперь уже она шла за ним, продолжая что-то говорить ему в спину. Когда она поравнялась с мужем, он переложил корзинку в руку с палочкой, свободной рукой легонько притянул жену к себе и жестом предложил ей взять его под руку.

Так они и пошли, уже вместе, в сторону касс, также медленно и продолжая что-то говорить друг другу только им понятным шёпотом.

А я стояла у стеллажа с куклами и смотрела им вслед.

Куда мы всё время бежим, торопимся, нервничаем? И постоянно сталкиваемся с непониманием. Возможно, именно из-за своей спешки.

И как эти старики понимают друг друга с полуслова? Как они успевают жить, радоваться и даже ссориться, при этом никуда не торопясь, и всё же успевая всё это в считанные мгновения?

Две эпохи в один век только хорошее

***

То, что времена в родной стране настали не спокойные, Александр Степанович много раз слыхал, и в газетах читал по возможности, грамоте он умел с малолетства.

Несмотря на шестой десяток, он часто бывал в разъездах по делам храма, много чего на глаза попадалось. И каждый раз за молитвой благодарил Бога, что все эти волнения хоть и не обошли стороной его родную деревню Теренкуль. Но принесли не так много урона, как он видел и слышал по другим волостям и губерниям.

Но когда, сидя летним днём у дверей своего дома, заслышал лай собак по всей улице и громкие разговоры, сердце сразу почуяло неладное. Жене и дочерям с их мужьями и детушками строго наказал из избы не выходить, о себе не маячить, затаиться ниже травы, пока он разведает, что стряслось. А при условном сигнале бежать в лес.