Обнимая воздух

– Я же говорю, у него горячка! Мой муж сошёл с ума и решил избавиться от меня, чтобы воспитывать нашу дочь самому, – как ни в чём ни бывало настаивала на своём женщина, ища у полицейских поддержки. – Скажи, что я тебе сделала? За что ты меня так ненавидишь?!

– Вам следует успокоиться, – мягко обратился к Марине один из полицейских.

– Не указывай мне, что делать! – резко ответила женщина и оттолкнула полицейского назад. – Вы такие же, как он, и вам никогда не понять моих чувств.

С этими словами Марина снова бросилась на мужа, попытавшись вцепиться в тонкую шейку дочери.

Андрей успел развернуться спиной и тут же почувствовал, как острые ногти супруги глубоко впились ему в спину.

– Отпустите меня! – раздражённо вскрикнула женщина, неистово извиваясь в руках полицейских, которые с огромным трудом оттащили её от мужа и маленькой девочки. – Я всё равно убью её, а потом и нас с тобой, чтобы Савушка успокоился и перестал плакать!

– Вам нужна помощь социальной службы? – спросил Андрея один из полицейских.

– Нет. Я попрошу свою мать помочь мне с ребёнком, – понуро ответил мужчина, укачивая на руках плачущую Катю. – Просто заберите жену и увезите её отсюда.

– Ты от меня так просто не избавишься! – угрожающе прокричала мужу напоследок Марина, прежде чем полицейские сумели выволочь её из квартиры. – Я рано или поздно добьюсь своего, и ты меня не остановишь.

Когда двери квартиры закрылись, и отец годовалой малышки остался с дочерью один, первым делом Андрей разбудил телефонным звонком свою мать и, рассказав ей о случившемся, попросил приехать рано утром с молочной смесью для Кати.

Мария Антоновна успокоила сына, пообещав оказать ему всю необходимую в заботе о грудном ребёнке помощь, после чего мужчина вернулся с Катей в спальню и кое-как сумел уложить её спать.

«Она не запомнит», – повторял про себя, словно исцеляющую мантру, Андрей, наблюдая за беспокойно ворочающейся в колыбели дочерью. – «Она ничего не запомнит».

Утром, когда Мария Антоновна приехала к сыну, чтобы взять на себя материнскую заботу о Катеньке, Андрей с ужасом заметил в зеркале, что постарел за одну ночь лет на десять, в то время как доставленная полицейскими в психиатрическую лечебницу Марина Воронцова была признана невменяемой и помещена на бессрочное принудительное лечение.

Следующие девять лет Катя провела под чутким присмотром бабушки, которая готовила внучке и кормила её, гуляла с девочкой в лесу и обучила её чтению и письму.