Надежная тяга

Тётя Соня кинулась влево.

– Не туда, не туда, дальше и правее держи! – кричит дядя Петя.

– Куда?

– Правее, говорю, держи!

– Вот те на! То левее, то правее! Ты мне чо голову-то морочишь.

– Ну что за баба, что за баба, сообразить не может! Вон он, к канаве пополз, беги наперерез.

– Как это, наперерез?

– Ну, прямо беги, по борозде, а потом влево!

Я развернулся и пополз назад, а тётя Соня искала меня в ботве у канавы.

– Назад, назад беги, каку холеру ты там топчешься? Беги обратно, а потом вправо!

– Я тебе чо, дурочка, чо ли? То влево, то вправо, то вперёд, то назад… Ты издеваешься надо мной, что ли?

– Я тебе русским языком говорю: беги назад и вправо!

Тётя Соня кинулась вправо, а я снова повернул к спасительной канаве.

– Повернул, повернул! – кричит дядя Петя. – Опять беги к канаве!

– Подь ты к холере, вот чо я тебе скажу! Нашёл дурочку по огороду бегать! Я и так тут всю ботву переломала. Уползает? Ну и холера с им, пускай уползает…

Тётя Соня прекратила поиски и пошла к дому.

Мне было жарко, как после бани. В изнеможении я свалился в канаву и лёг. С лица грязными ручьями стекал пот, спина занемела, а в глазах жёлтыми кругами плыли, плыли подсолнухи… И на кой чёрт с ними связался? Все мальчишки сейчас на речке, купаются, загорают, а я в канаве, в придачу ещё и ножичек потерял…

И до того мне стало обидно, что я заплакал, вылез из канавы и, не скрываясь, пошёл на речку.

Осень стояла тёплая, и речка кишела ребятнёй.

До самого вечера мы играли в догонялки, ныряли и плавали, так что, придя домой, я уже забыл про култышкинские подсолнухи. Мы сидели за столом, ужинали, когда пришла тётя Соня.

– Дома хозяева? – протянула она, переступая через порог. Под мышкой у неё были три большущих подсолнуха. – Шура, – обратилась она к матери, – я вот семечков ребятишкам принесла. У меня нонче такие подсолнухи расхорошие, да много! Пускай пощёлкают…

После ужина все с удовольствием щёлкали крупные семечки.

Кроме меня. Лично я на них и смотреть не хотел, а поэтому лёг на кровать и с головой укрылся одеялом.

Гармонь

Долго уговаривал я мать купить мне гармонь, но у неё всё не хватало денег. А звуки гармони бередили мне душу. Я бегал на край села, где жил единственный гармонист и где вечерами собиралась на танцы молодёжь, и часами не отходил от гармониста, заглядываясь на его бойко бегающие по клавишам пальцы.