Павлиний глаз

Не заметив в мастерской ничего подходящего, помощник командира проследовал через детскую комнату обратно в спальню и подошёл к шкафу, намереваясь осмотреть коробки с обувью на предмет спрятанных в них денег или украшений.

«Пан или пропал!» – выдохнул Фридрих и вновь открыл центральные дверцы платяного шкафа, после чего громкий выстрел внезапно пронзил мужчину в грудь, заставив его упасть на колени и завалиться на бок.

Смерть помощника командира была мгновенной. Серафима осторожно выбралась из шкафа, с презрением взирая на тело застреленного ею солдата.

Женщина была готова убить немца ещё в первый раз, когда тот открыл шкаф, если бы солдат принялся раздвигать скрывавшую её одежду. Когда же немец вернулся в спальню и повторно открыл дверцы шкафа, Серафима решила, что солдат что-то заподозрил, поэтому без раздумий спустила курок револьвера.

Увидев, как на простреленном кителе лежащего на полу немца неумолимо расползается багровое пятно, женщина с ужасом осознала, что убила человека.

Сердце Серафимы бешено колотилось в груди, руки охватила дрожь, а в горле пересохло. Неудержимо поднимающуюся в сознании женщины волну паники свёл на нет неожиданный возглас товарища мёртвого солдата, который окрикнул того из кладовки.

Не дождавшись от Фридриха ответа, Уве недовольно выругался на помощника командира за то, что тот отвлёк его от царской трапезы, и нехотя вышел из кладовки.

«Видимо, Фридрих наткнулся на маленького мышонка и в страхе пристрелил того, пока грызун не цапнул его за тощую лодыжку», – ухмыльнулся толстяк.

Рядовой зашёл в молельную и увидел через окно комнаты курящего у грузовика обер-лейтенанта вместе с вышедшим к нему из кабины машины водителем.

«Я нашёл полную еды кладовку, а чем ты похвалишься перед командиром взвода, трусишка Фридрих?» – думал Уве, проходя через пустую молельную в спальню.

Обнаружив своего товарища неподвижно лежащим на полу комнаты, толстяк ошеломлённо застыл в недоумении.

«Как же так?!» – пытался найти разумное объяснение увиденному рядовой.

Собравшись с духом, Уве подошёл к Фридриху, осторожно перевернул того на спину и увидел на груди помощника командира залитое кровью пулевое отверстие, после чего нервно сглотнул и отступил назад.

«В доме кто-то есть!» – снимая с плеча винтовку, успел подумать рядовой, прежде чем его спину пронзила кинжальная боль от прозвучавшего в спальне выстрела.