Павлиний глаз

Это лучшее прощание с ними, какое я могла тебе подарить, продлив твоё безмятежное детство ещё хотя бы на один день. Вскоре война осквернит наш дом и изменит нашу с тобой жизнь навсегда. Вернувшись домой, мы будем бояться, что немцы заявятся к нам вновь, когда мы будем спать или играть на лужайке за домом, оказавшись беззащитными перед их злой волей. Мы будем жить в страхе до самого конца войны, обходясь растущими на нашем огороде картофелем и свеклой. Интересно, как много блюд можно приготовить из одной картошки и свеклы? Надеюсь, я сумею освоить их все, прежде чем мы возненавидим столь любимые нами борщ и драники.

Будет тяжело, но мы справимся и дождёмся твоего папу с фронта. Наступит день, когда наша семья снова будет вместе, и мы сможем вернуться к нормальной жизни, ценя её каждую минуту. Я верю в это, доченька, и пока это вера жива, мы пройдём с тобой через всё, каким бы лишениям не подвергла нас эта проклятая война. А теперь ступай, покорми Кабачка, вымой руки и возвращайся на свой последний мирный завтрак с молочной кашей, грецким орехом и цветочным мёдом. Завтрак, который останется в твоей памяти навсегда».

– Время не ждёт, – вздохнула с выступившими на глазах слезами Серафима и выпустила дочь из своих объятий. – Кабачок, руки, завтрак.

– Кабачок, руки, завтрак! – задорно повторила Варенька и взялась за ручку жестяного ведра.

– И захвати с собой из кладовки мёд, – успела сказать женщина выходящей из кухни девочке.

 – Он стоит на средней полке, у входа.

– Я знаю, где прячется мёдик, – игриво произнесла Варенька, прежде чем скрыться из виду матери, приступившей затем к очистке грецких орехов.

Девочка донесла увесистое ведро с кормом до открытой двери хлева и переступила его порог: – Я вернулась, Кабачок, и принесла тебе много вкусностей.

Поросёнок встретил Вареньку добродушным хрюканьем и высунул свой влажный пятачок в расселину между досками деревянного загона, дождавшись пока девочка поднимется на примыкающую к нему ступеньку и опорожнит содержимое ведра в корыто.

Затем Кабачок возбуждённо захрюкал и, довольно подёргивая скрюченным хвостиком, принялся уплетать свой завтрак, позволяя Вареньке поглаживать себя по щетинистой спине.

– Какой же ты большой и тёплый! – умилялась девочка, наблюдая за тем, как поросёнок играючи расправляется с большими кусками яблок и моркови.