Пазл. Рассказы

Я стойко держался, наблюдая за плавным искривлением собственного сознания. Некрасивых женщин на улицах становилось всё меньше. Толстушки стали казаться аппетитными. Взгляд стал задерживаться на женских ногах, даже одетых в брюки. Кому-то это покажется бредом. Но только не человеку, который пережил что-то подобное.

У меня пропало всякое желание искать новые возможности для знакомства. Но процесс был запущен и уже не всё зависело от меня. Иногда желания начинают сбываться помимо нашей воли и даже безо всяких к тому усилий.

В Питер по служебным делам прилетел на один день мой близкий приятель из Москвы. У него была пара свободных часов до обратного рейса и он предложил мне встретиться в центре, чтобы пообедать вместе. Мы сидели в итальянском ресторанчике и вспоминали наши общие поездки в загранкомандировки. Я заметил у окна одинокую грустную и очень симпатичную девушку. Она то и дело посматривала на часы, явно кого-то ожидая. Но этот «кто-то» так и не пришёл. Она собиралась уходить и уже подозвала официанта, чтобы рассчитаться.

– Вы позволите угостить Вас коктейлем? – учтиво спросил я – Здесь замечательно делают «Маргариту».

– Пожалуй… – устало ответила она, посмотрев на меня.

Я заказал два напитка, хотя был за рулём. Друг понимающе похлопал меня по плечу, прощаясь. Ужасно некрасивый с моей стороны поступок, но я не сомневался, что он мне его простит.

– Вы кого-то ждёте? – начал разговор я.

– Ждала. Должен был прийти мой муж.

Я не ожидал подобной откровенности от незнакомки. Такой стиль общения мог говорить об открытости и простоте её натуры. Но он мог означать также и трудную жизненную ситуацию или состояние близкое к депрессии.

Мы познакомились. Девушку звали Ирина. Она была высокой стройной блондинкой с прямыми длинными до поясницы волосами и серыми глазами. К своему бокалу я даже не притронулся и вскоре спокойно сел за руль, чтобы отвезти её домой.

Мы стали часто встречаться. И всегда в центре. Проводили в общении пару часов, а после этого я отвозил её домой. Она была настолько простым и открытым человеком, что казалась доступной. Но ни разу не сделала даже прозрачного намёка на возможность сближения. Что это было, – равнодушие? Она болтала со мной как с подружкой и, возможно, только это её и интересовало. Всё остальное ей было глубоко безразлично.