Дорогая моя…

– Посидим в кафе, пока не началась эпидемия? – спросил он, когда они проходили мимо открытой веранды кафе на площади.

– Что? – спросила она, удивленно глянув на него: не ослышалась? Не шутит? – Я не поняла. Пока не началось что?

– Я могу видеть будущее, – признался он просто, насколько просто можно было сказать подобную фразу. – Скоро весь мир охватит эпидемия, появится неизвестный вирус… И на наш богоспасаемый город тоже обрушится. Закроются все рестораны, кафе…

– Не-ет, – протянула она с улыбкой. – Вы шутите? Ты шутишь?

– Да, шучу, – сказал он.

 – Потому что ничего не могу сделать, чтобы предотвратить. И доказать не могу.

– Любишь черный юмор?

– Нет, – сказал он. – Не люблю… но все будут ходить в черных масках, я это вижу достаточно ясно, и что хуже всего, женщины будут прятать губы, вот, кстати, такие восхитительные, как у тебя…

– А ты узнаешь женщин по губам? – тихо, переливчато рассмеялась она.

– Еще как узнаю, – сказал он, шутливо выпятив грудь и впившись глазами в её губы, – Но вообще-то, у меня есть и хорошая новость: начнется война…

– О-о! Обрадовал… Час от часу не легче…

– И мы победим.

Прогоним захватчика со своих земель, освободим Карабах, Шушу, все наши земли, разобьем врага в пух и прах…

– Ты, правда, это видишь? – она готова была уже поверить ему, потому что он говорил вполне серьезно, и не станет же взрослый, пожилой человек шутить такими вещами. – А когда это произойдет?

– Я сроков не вижу, но будет, будут оба события, и плохое и хорошее…

– С тобой страшно разговаривать, – сказала она после долгой паузы, пристально вглядываясь в его лицо.

– Это редко случается со мной, но два эти события я увидел отчетливо.

– Во сне?

– Не совсем… непонятно как… может, и во сне, но не совсем во сне… Это невозможно объяснить, мозги вывихнешь… Ладно, хватит, я редко с кем делюсь этим, чтобы не отправили в психушку, и с твоей стороны предвижу шквал вопросов. Но скажи главное: ты мне поверила?

– Да, – ответила она, не раздумывая.

– Вот это главное, – сказал он, – И потому я теперь хочу сказать тебе кое-что важное… Важное для меня, – уточнил он, – и это лучше сделать сидя за столиком.

А заодно выпьем пива. Пиво любишь?

– О-о! – произнесла она, улыбаясь. – Заинтриговал.

– Пивом?

– Нет, тем, что лучше делать сидя за столиком.

– Звучит неплохо, правда? – сказал он.

– Двусмысленно, – сказала она, и словно пожалев о своих словах, спросила, – Я не очень вульгарна?

– Что ты! Мне нравится.