Сказки Белой Горы. Часть II

Достожравский вновь воспарил духом:

– Братцы! Одну сигаретку, нет, три, – все три тетради одним махом заполню.

– Не совершай барыжных движений, не уподобляйся братьям Балбесиным – Мятому и Гнутому – Кучак погрозил пальцем вымогателю, – ты не напишешь даже за три пачки.

– Смотря какие пачки, за «Парламент», например, могу.

– Не ври, даже за три блока сигарет не сможешь.

– Смогу, готов поспорить.

– Проиграешь без вариантов.

– Нет.

– Хорошо, тогда в случае проигрыша, переезжаешь за ширму.

И невозмутимый Кучак показал глазами на отгороженный уголок «обиженных». Федя побледнел и молчали во при знал правоту оппонента. Несостоявшаяся литературная звезда не зажглась, как не зажигаются недозвезды со слабоватой массой, типа Юпитера, хотя состоят при этом из подходящего материала – водорода.

Великий спонсор, член редакции и, почти глава худсовета, нарочито замедленным движением приоткрыл тумбочку и вытащил одну сигарету «Золотая Ява». Пальцы Федора задрожали от радости, но апломб не покинул его:

– Не жмотничай, угости «Ротмансом».

Кучак сурово насупил брови, даже нос его как бы вздёрнулся вверх:

– Ещё одно слово – поменяю на «Корону», а два – ничего не получишь. Так, молодец, закуривай и расскажи нам о дамах разного поведения.

Достожравский уже курил задумчиво и мечтательно:

–Что рассказывать?

– Как баб делят, к примеру.

– Понятия не имею, никогда делить не доводилось.

– По категориям хотя бы разбросай.

– Да каким ещё категориям? Я понимаю так: есть хорошие и скверные.

Мне, например, повезло в жизни невероятно. В мае возвратился из армии. А тогда как было: отслужил – значит взрослый мужик, жениться пора. Пошел работать на прядильную фабрику поммастера – ещё до службы отучился на техника-механика. Там девок тьма тьмущая, да все молодые, кому двадцать и больше – старухи считались. Юбки да платья короткие, по самое некуда. Я от них как чёрт от ладана бегал, всё мне хотелось принцессу. Дурень был по молодости. Любил приезжать в заброшенную деревню и бродить по яблоневым садам. Домов – семь штук всего, ни одного плохого, а пара – вообще шикарных.

Кучак заволновался:

– Как так, почему же их бросили?

– Деревня, можно сказать в лесу. Дорог нет, электричества нет, об остальном и говорить нечего. Граница районов, работы не стало, пешком ходить до ближайших сёл, в одну сторону пять километров, в другую, тоже пять, да по лесным тропкам.