Охотовед

Кто-то принес пять выделанных шкурок ондатры, кто-то – иголку со шкуры дикобраза, кто-то высушенную морскую звезду, кто-то кусок бивня мамонта, кто-то коготь медведя. Подарков собралась целая тряпочная торба. Счастливый Леша доставал их из сумки, вертел в руках, цокал языком, предвкушая, как будет показывать их дома друзьям, и в первую очередь – Федору, с которым с детства дружит, а в последние годы вместе не вылезают из леса. Студенты проводили Лешу до автобусной остановки и пообещали завтра прийти вечером на вокзал, проводить его на поезд.

Еще один сюрприз ждал его в комнате. Друзья и здесь собрали ему торбу: копченую рыбу, две литровых банки икры, большущую раковину и двадцатисантиметровый кусок панта изюбра – пригодится от всех болезней. Не остался стороне и Федя-якут. Он подарил Леше кусок клыка моржа с искусной резьбой по нему. Растроганный Алексей, красный от смущения, принимал подарки, не уставая благодарить. Взрослые серьезные мужики радовались вместе с Лешей, и скоро в комнате номер одиннадцать начался пир – Леша уезжал первым.

У него нет «хвостов» по учебе, ему ехать далеко, билеты уже куплены: его и провожали со всей помпой. Да и остро стоял вопрос – увидятся ли? Леше скоро в армию, и этот курс, конечно же, его обгонит на два года, так как абсолютное большинство его новых друзей-коллег уже отслужили. В эту ночь они спать и не ложились: разговоры, воспоминания, мечты и планы. В конспекте по гистологии полтетради исписано адресами: от Калининграда до Камчатки…

Проснулся Леша от прикосновения руки по его лицу.

Открыл глаза – Лида! Прижал ее холодную руку к своему горячему лбу, чмокнул губами в ладошку.

– А я тебя вчера весь вечер ждала, – потрепала Лида его за ухо, – а ты так и не явился! Видно, пил с парнями-то?

– Извини. Мы тут… Вчера меня провожали. Выпили неслабо. Не смог я бросить мужиков. Извинишь?

– Конечно, – она поцеловала легонько его в губы, встала и, сбросив шубу, принялась наводить порядок на столе и в комнате.

С трудом преодолев боль в висках, скорее всего из-за кружки браги, примешанной к водке, Леша поплелся умываться.

– Че, Леш, хорошо ли столь вина-то пить, а? Болит голова-то, небось?

– Угу. Плохо-то столь-то пить-то! Болит!

– Не кривляйся, пожалуйста, а ставь чайник, будем пить чай, я пирожные принесла.

– Ой, Лид, какие пирожные? Сейчас бы рассолу какого, что ли.

– Будешь знать, как вино-то пить. Болей! – Лида, заканчивая подметать пол, начала читать ему лекцию о вреде алкоголя.