Одно солнце на всех

С правой стороны от капонир, находящихся на некотором возвышении, убегало вниз лимонно-салатное, рапсовое поле, а с левой – дышало и волновалось кукурузное море.

Капониры даже в бытность существования нашей воинской части не использовались по их прямому назначению. Это было что угодно: альпийский луг, яблоневый сад, затерянный мир, одна из любимейших книг моего детства, однако мир не Конан Дойла, а наш собственный, неповторимый и таинственный. Но только не то, для чего эта площадь, собственно, была предназначена изначально.

Тем не менее, название «капониры» прикипело основательно и осталось за этим местом, я уверена, по сей день.

Так вот в тот день мама занималась заготовками. И на жаркой кухне вовсю кипела работа. Оттуда доносились пряные ароматы томлёных овощей, там на пару при помощи чайника, а вернее его носика, по очереди стерилизовались банки, а на плите в эмалированной миске в третий раз «подходило» бесподобное мамино айвовое варенье с полупрозрачными, желейными дольками.

С тех пор, мне доводилось есть много чего. Даже подчас весьма экзотического. Но нигде и никогда больше я не пробовала и близко такого варенья из айвы, что готовила наша мама.

Так что ужин в этот день ожидался позже. И мы с братом, дожёвывая на ходу бутерброды с маслом и сахаром, направились в капониры.

Я, в полном согласии со своим холерическим темпераментом, жестикулируя и горячась, вдохновенно рассказывала о том, как буду жить, когда окончу школу и уеду, наконец, из этой глуши.

– Стану зоологом и буду жить в джунглях, изучая животных, как Джой Адамс, – захлёбывалась я от восторга. В то время, я с полным основанием полагала, что единственная жизнь, мало-мальски заслуживающая уважения, эта та, что целиком и полностью посвящена братьям нашим меньшим.

Андрей, смышленый и вдумчивый не по годам, шагал рядом и внимательно слушал, иногда вставляя несколько слов, но, в основном, молча, но одобрительно поддерживая.

Иногда я думаю, как же мне не хватает сейчас этого. Вот этого спокойного и осознанного понимания и соучастия. Сопереживания… Когда тебя принимают, не потому что ты говоришь что-то необычайно умное или успела добиться в жизни каких-то выдающихся результатов, нет… А просто потому что ты, это ты. Вот такая долговязая, конопатая и несуразная.