Наследники Дерсу

Когда олово тут нашли и свинец и народ понаехал, тоже зверя били, так что досталось тайге. Охотники и сейчас частенько встречаются с тигром. В заказниках да заповедниках плотность зверя повыше, конечно, почти в первозданном виде. А вокруг городов и посёлков заметно поубавилось.

– Кроме штатных охотников, – вступил в разговор Владимир, – сотни любителей. Коопзверпромхоз всю тайгу поделил на участки и раздал. А план? Мама не горюй! Это что? Хозяйский подход или ваше планомерное уничтожение? Лицензию взял на одного кабана, а отстрелял трёх.

И так по каждому зверю. – Владимир взял горящую палку посветить, как пропеклась рыба.

– Ты не прав. Примеряешь всех на свой локоток, – оборвал Болотов. – План охотникам дают, исходя из осеннего учёта зверей по первому снегу, чернотропу. Охотоведы этим занимаются грамотно, и сами охотники заинтересованы сохранить зверя. Не такие уж они и хищники, какими ты их рисуешь. А вот то, что браконьеры водятся в тайге, – факт, но, скорее, исключение, чем правило, их единицы.

Но ты прав, дополнительную нагрузку на себе тайга чувствует, тут не поспоришь. Одно дело планировать, другое – видеть плоды плановой системы. А она работает на созидание при нравственном подходе и на уничтожение при его отсутствии. Так что Сергей опять прав, надо начинать с себя и быть примером для подражания. Моральный Кодекс перед сном читать. Кстати, ты его с собой в тайгу не прихватил? – пошутил Виктор.

– Вы бы еще подсчитали, сколько за год один тигр давит оленей и кабанов, и это в план вбили.

– А, думаешь, не учитывают? Учитывают. Чтобы сохранить популяцию тигра как биологического вида, она должна быть не менее четырёхсот особей. Иначе она обречена на вымирание.

В разговорах о тайге незаметно прошло с полчаса.

– Рыба готова, – Владимир вилкой отломил кусочек, вдохнул ароматный пар, попробовал на вкус. На лёгком морозце, в свете костра, на фоне тёмных стволов кедров и мерцающих звёзд фигура Владимира высвечивалась, довольная улыбка озаряла его лицо.

– В самый раз, прошу! – и, осторожно подставив алюминиевую чашку, переложил в неё готовые куски, пахнущие дымком, подал на стол. Сложенные штабельком кусочки жирной рыбы поблёскивали, манили, Сергей потянулся первым отведать, обжёг пальцы, но попробовал.

– Да, вкусно, очень вкусно! Всю свою жизнь мечтал вот так, у костра, отведать то, что добыл в тайге, пережить то, что описывал Арсеньев.