Дикарка Жасмин

Он свалился с твоей головы. А волосы у тебя, сын, поседели от горя. Ты ведь никого не хочешь этим напугать?

– Я сбрею их, – отозвался он, – в доказательство своей печали по Кандре.

– И усы тоже, – кивнула она. – Я сама пойду и принесу бритву и воду. Никто не должен этого видеть, сын мой. – Мариам Макани повернулась. Шелка ее одежд цвета сливы грациозно обвились вокруг тела.

– Принеси одежду, мне надо переодеться, мама, – бросил он ей вслед. Затем вернулся в комнату, чтобы в последний раз посмотреть в окно. День был ясным и жарким, как и четыре утра назад, когда его возлюбленную оторвали от него.

На дороге вдоль побережья – ни души, и все тот же гул насекомых в деревьях вокруг дворца. Акбар вздохнул. Кандра уехала. Он никогда не увидит ее прекрасного лица, не будет любить ее совершенное тело. Ему остались только воспоминания. Воспоминания и их дочь Ясаман. Злой рок не позволил ему оправдать ожиданий Кандры – он не сумел изменить ее судьбу. Но с Ясаман будет иначе. Девочка – это все, что осталось от их короткой, но замечательной любви. Нет, нет, с Ясаман все будет иначе.

Часть 1

Ясаман

Индия 1597–1605

1

Смех со звонкими шаловливыми нотками донесся от высоких кустов орхидей, грациозно парящих в послеполуденном весеннем воздухе.

– Моя принцесса! Ты где? – Главный евнух Ясаман Камы из слуг Бегум беспокойно шел через сады Великого Могола. – Куда подевался этот бесенок Азраила[2 - Азраил – ангел смерти у иудеев и магометан. – Примеч. пер.]? – напыщенно бормотал он, потом остановился и прислушался, но лишь шумный птичий щебет донесся до его настороженного слуха.

– Адали! Ты еще не нашел Ясаман? – нетерпеливо окликнула его Ругайя Бегум с открытого балкона во дворце принцессы.

– Нет, госпожа, но найду, – отвечал евнух и тут снова услышал хохот ребенка. В его карих глазах появилась хитреца, и он закричал льстивым голосом: – Я тебя слышу, принцесса. Иди к Адали, и он даст тебе твои любимые цукаты. – И вновь никакого ответа, лишь гомон птиц.

– Адали! Скоро здесь будет Мариам Макани. – Ругайя Бегум начала нервничать. Теперь она стояла в галерее с колоннами, выходившей прямо в сады. Бабушка Ясаман была самой высокопоставленной дамой в королевстве, и никто не посмел бы заставить ее ждать, когда она приходила с визитом. Ругайя Бегум тяжело вздохнула: Ясаман – шаловливый ребенок, но зачем сегодня ей надо всех мучить?

– Ты взволнована, тетя.

Ругайя Бегум подскочила, испуганная голосом принца Салима.