Колдунья моя

Ты меня понял, великан?

– Я понял тебя, торговец, – ответил Дагда, и в его голубых глазах сверкнула насмешка.

Торговец запустил руку в седельную сумку и достал оттуда маленький кожаный ошейник, чтобы застегнуть его на тоненькой шейке Мэйрин, но большая ладонь Дагды опустилась на его руку. Френ вздрогнул от удивления и вопросительно взглянул на ирландца.

– Ты хочешь испортить ее кожу, торговец? Она такая тонкая, что тебе и не снилось! Этот ошейник оставит на ней отметины.

Френ на мгновение задумался.

Великан прав: он сам видел, что рабские ошейники оставляют на коже следы. Такие отметины могут снизить ценность девочки, да и вообще стыдно портить такую чудесную кожу.

– Хорошо, Дагда, – уступил он, – но она должна будет надеть его, когда мы придем на рынок. Я не хочу, чтобы ты сбежал с моей собственностью. Ведь я никак не смогу доказать, что девочка принадлежит мне.

Дагда кивнул, и его глаза снова блеснули, напоминая Френу о том, что на самом деле он, Дагда, ни за что не оставит Мэйрин.

Какой-то мальчик подвел к ирландцу большую лошадь, и работорговец вытаращил глаза от удивления.

– У тебя есть собственная лошадь? – Френ скользнул восхищенным взглядом по бархатистой коричневой шерсти великолепного животного.

– Брис был последним даром, который оставила мне мать моей госпожи перед смертью, – услышал он в ответ. – Он не причинит тебе убытков, торговец. Он сам заботится о пропитании. – Взгромоздившись в седло, Дагда наклонился, поднял Мэйрин и усадил ее перед собой.

Френ взобрался в седло своей лошади. До захода солнца оставалось еще около двух часов – вполне достаточно, чтобы проехать несколько миль к побережью. Проезжая через подъемный мост замка Ландерно, Мэйрин смотрела только вперед и ни разу не обернулась. Френу это показалось странным, и он спросил:

– Неужели ты не хочешь в последний раз взглянуть на свой дом?

Девочка пристально посмотрела на него удивительно взрослым взглядом и ответила лишенным всякого выражения голосом:

– К чему оглядываться назад, торговец? Этот замок остался для меня в прошлом.

Я смотрю в будущее.

Френ вздрогнул. В этой Мэйрин было что-то пугающее. Он взглянул на нее, но девочка устремила взгляд на дорогу. У Дагды на губах играла легкая улыбка, и когда Френ встретился с ним взглядом, то заметил, что в глазах ирландца светится веселье. Работорговец ощутил укол раздражения. Эта девочка – его собственность, а держится, как королева! Френ пожал плечами.