Колдунья моя

Путь до Англии близок, задержатся они там ненадолго, а потом он вернется в Константинополь. А уж там эта девчонка узнает свое место, когда станет игрушкой какого-нибудь богача, а этот великан-ирландец, который называет себя ее охранником, уже ничего не сможет поделать. В Константинополе у Френа были влиятельные друзья, которые называли его настоящим, достойным именем. Эти друзья в мгновение ока уничтожат Дагду, чтобы завладеть такой редкостной рабыней. Френ улыбнулся, обнажив желтые зубы. «Всему свое время, – сказал он себе.

 – Терпение, только терпение!»

Глава 2

На ночь они остановились на опушке леса. Френ громко сетовал на отсутствие трактира или на худой конец крестьянского дома; сетования его стали еще громче, когда Дагда не позволил ему развести костер. Френ привык к удобству и уюту.

– Что ж, разведи костер, – сухо сказал ирландец, – и сюда сбегутся бродяги и разбойники со всей округи. Они – отчаянный народ. Стоит им тебя увидеть, они тут же перережут тебе глотку, чтобы снять сапоги.

Ты торопишься на тот свет?

– Но как же мы поужинаем без костра? – капризно спросил торговец.

Дагда усмехнулся.

– Не понимаю, как тебе удалось прожить столько лет, Френ, таскаясь по миру со своим живым товаром?

– Я не привык путешествовать в такой глуши, – высокомерно ответил Френ. – Я ездил по хорошим дорогам, где трактиры и прочие удобства. У меня есть слуги, которые заботятся обо всем.

– Что ж, – отозвался Дагда, – сегодня ночью заботиться обо всем буду я.

Придется тебе спать на твердой холодной земле, завернувшись в плащ, набьешь свое жирное брюхо моим хлебом и сыром и выпьешь моего плохого вина, торговец; а если не хочешь, то голодай. И не стой здесь приманкой для всех бродяг.

Нервно оглядевшись по сторонам, Френ быстро плюхнулся на землю и спросил:

– А где ты собираешься достать хлеб и сыр, не говоря уже о вине?

Ирландец довольно улыбнулся и вытащил припасы. Отрезав ломоть хлеба и кусок сыра, он без лишних слов вручил их торговцу.

Френ приподнял мохнатую бровь, но, пожав плечами, принялся жадно поглощать холодный ужин. Внезапно он понял, что, не будь с ними Дагды, он бы оказался в весьма затруднительном положении, поскольку недооценил расстояния от Ландерно до побережья. Ему и в голову не приходило, что путешествие может продлиться дольше дня. Он молча ел, глядя, как Дагда нарезает тонкие ломтики сыра, укладывает их на хлебный мякиш и передает Мэйрин. Девочка ужинала с аппетитом.