Околдованная

– Мне так его не хватает, мама, – пробормотала она – Почему он решил сражаться за Стюартов?

Жасмин печально потупилась.

– Ты сама знаешь почему, Отем. Он знал, как губительно для Лесли из Гленкирка защищать Стюартов, но они были его сюзеренами и родней. И хотя он понимал, что несчастье неминуемо, все же посчитал себя обязанным прийти на зов, тем более что к тому времени все Лесли уже сражались на стороне Стюартов. Твой отец мог бы сослаться на возраст, но не сделал этого, невзирая на все мои возражения. Я не считала, что его честь пострадает, если он откажется идти на войну.

Но он не отказался. Ему было легче вынести мое неодобрение, чем страдать от нечистой совести. Поэтому он мертв и лежит в склепе, а мы с тобой во Франции пытаемся начать новую жизнь.

– А Патрик? Как же он? – напомнила Отем.

Мать тихо рассмеялась.

– Бедный Патрик! Он всегда знал, что в один прекрасный день станет герцогом Гленкирком, но не ожидал, что это случится так скоро. Ничего, справится. Мы с отцом были ему хорошими наставниками.

Патрик скоро поймет, что обладает и мудростью, и силой для выполнения своего долга. Перед отъездом я посоветовала ему найти достойную жену. Он уже перебрал достаточно любовниц, каждый раз ухитряясь при этом выскальзывать из сетей брака. Теперь у него просто не осталось выхода. Я думала, будто никогда не вернусь в Гленкирк, но теперь знаю, что когда-нибудь обязательно приеду, тем более что завещала похоронить себя рядом с твоим отцом.

– Только не нужно о смерти, мама! – вскричала Отем, искренне расстроенная такими речами.

– Я проживу еще немало лет, как моя мать и бабка, – утешила Жасмин. – Желаю баловать твоих детей, как мадам Скай баловала меня.

– А бабушка Велвет никогда мне не потакала, – пожаловалась Отем.

– Это не в ее натуре, – кивнула Жасмин.

– Я так и не видела мать моего отца, хотя и получила в наследство зеленый глаз, – продолжала Отем. – Помню, мне было почти тринадцать, когда из Италии привезли гроб с ее телом. А где она похоронена? Папа сказал, что это секрет.

Почему?

– Думаю, сейчас уже можно сказать, – решила Жасмин. – Вечной любовью твоей бабушки был ее второй муж, Фрэнсис Стюарт-Хепберн, последний граф Босуэлл, двоюродный брат короля Якова. Бедный Яков боялся его, потому что в Босуэлле было все, чем не обладал король: ум, красота, образованность, доброта. Его называли некоронованным королем Шотландии, что, разумеется, не нравилось королю и придворным. В упрямстве король и Фрэнсис не уступали друг другу.