Вспомни меня, любовь

Нескрываемое расположение госпожи приводило мальчика в немалое смущение; он был достаточно умен, чтобы не проявлять никаких чувств, кроме должного почтения по отношению к ней. Однако вскоре он не выдержал и сморщился, пробормотав: «Мадам!»

Перевода не требовалось, и принцесса, рассмеявшись, отпустила мальчика, сказав Гансу:

– Это настоящий маленький ангелочек, перед ним невозможно устоять.

Освободившись от принцессы, Джайлс попал под обстрел фрейлин. Кэт Говард послала ему воздушный поцелуй, а Элизабет Фицджеральд, подмигнув, ущипнула.

Спасло появление доктора Кайе, объявившего, что король приближается.

– Ее высочеству пора переодеться в платье, приготовленное для церемонии, – напомнила леди Браун. – Поторопитесь, фрейлины, пора вам быть порасторопнее! Принесите одежду и украшения принцессы.

Платье принцессы, сшитое по немецкой моде, из красной тафты со вставками из золотой парчи, выглядело довольно элегантно. Служанки протерли руки, грудь и спину Анны теплой розовой водой. Обслуживавшие ее дамы уже заметили, что тело принцессы Клевской издает более резкий, чем у большинства женщин, запах, и, зная привередливость короля на этот счет, решили, насколько это в их силах, помочь ей.

Когда платье надели, Нисса принесла драгоценности: ожерелье из рубинов и алмазов и под пару им серьги. Густые белокурые волосы принцессы спрятали под чепчиком, поверх которого надели еще расшитую жемчугом бархатную шапочку.

– Король уже подъезжает, мадам, – предупредила Кейт Кэри.

Выйдя из павильона, принцесса сощурилась от ударившего ей в глаза яркого солнца.

Ей подвели белоснежного скакуна под роскошным седлом белой кожи и расшитой золотом и камнями попоной. Всадники, составлявшие почетный эскорт, уже ожидали в седлах. На их парадной одежде красовался Черный Лев герцогов Клевских. Процессию возглавлял юный Ганс фон Графстейн со знаменем, на котором был вышит тот же лев.

Анна поскакала навстречу своему будущему супругу. Увидев ее, король приостановился, поджидая. Когда она подъехала, он галантным движением сдернул берет и поклонился, одарив ее сияющей улыбкой.

На мгновение Анна Клевская увидела его таким, каким он был когда-то: самым интересным мужчиной христианского мира. Она искренне улыбалась ему, пока Ганс переводил ей приветственные слова короля. Кое-что, к ее удивлению, она поняла и сама.

– Вначале я поприветствую его величество по-английски, Ганс, а потом ты будешь переводить, – сказала она пажу.

– Хорошо, мадам, – отозвался мальчик.