Полёт стрелы в обратную сторону

Мы быстро преодолели тот участок в тени леса и снова оказались под жарким солнцем. Его теплотой были пропитаны камни, которые составляли основную часть горы. Ступни ощущали жар, но Мидгард упорно лез наверх, продолжал молчать и не оборачивался на меня. Я знал, что он упрямый и целеустремлённый. Поэтому удивился, когда мой спутник остановился.

– Я не поднимусь на эту каменную стену, – признался Мидгард, – почти нет выступов, и я не хочу искать обход. Осталось-то преодолеть только это препятствие. Подсадишь меня?

Он не стал дожидаться ответа и бросил дубину наверх.

Я подошёл вплотную к стене и сложил руки так, чтоб Мидгард мог поставить на них свою ногу. Он схватился за мои плечи и оттолкнулся от созданного мной упора. Затем мой спутник зацепился за край стены и быстро забрался наверх. Я от его толчка рухнул на спину, едва не скатившись с горы.

Я поднялся на ноги и оттряхнулся, а Мидгарда всё не было видно.

– А мне поможешь туда залезть? Ты там что, уснул?

Лишь после моих слов он выглянул ко мне, но снова скрылся.

Я уже был готов возмутиться, но остановился, потому что Мидгард протянул ветку.

– Хватайся за неё. – Услышал я голос друга, но не увидел его самого из-за плотных листьев. Он с лёгкостью мог опрокидывать столбы, поэтому и меня без труда поднял на каменную стену.

– Где ты взял ветку? Здесь всего одно дерево, и то давно мёртвое.

– Эта ветка была единственной на нём. Сухие, как мне кажется, могли поломаться. Ты посмотри на этот вид. Глаз не оторвать, поэтому забыл немного про тебя.

Небольшое дерево чуть ниже меня стояло в самом центре горы. Оно единственное когда-то пробралось сквозь плотные камни, но от недостатка влаги высохло и оставило после себя лишь полуживую тень. Я повернулся к Мидгарду и, сделав пару шагов, увидел то, чем он любовался. Наша поляна казалась большой ямой среди зелёного полотна разных деревьев, устремлённых во все стороны, куда только не падал мой взор. Солнце возвышалось ровно над ней, словно ему никуда и не нужно больше.

Оно освещало каждый тихий уголок и всякий шалаш. Река завораживала ещё сильней. Лишь отражённое мерцание заставляло меня отвернуть от неё голову, но ненадолго. Было видно и каждого члена нашего посёлка на светлой поляне, и мы могли с лёгкостью определить, кто и чем был занят.

– Как здесь красиво! Кажется, я бы мог…

– А теперь найдём этого зверя, чьи следы ты видел у реки, – резким голосом прервал моё восхищение Мидгард. – Жаль, что сверху его не видно.