Между мажором и бандитом

От груди к низу живота простреливают сильнейшие волны удовольствия, пока я не кончаю, стиснув зубами руку брюнета.

– Умничка, – хвалит мажор, улыбаясь и демонстрируя влажные от моей смазки губы.

Оба аккуратно усаживают меня обратно на унитаз, вытирая салфетками промежность и губы. Рома заботливо застегивает рубашку, а блондин помогает надеть трусики. Затем целуют меня в обе щеки. Я вся пылаю, слабо соображая, что снова поддалась искушению и сдалась без борьбы. Но волны оргазма все еще накатывают, сотрясая тело легкой дрожью.

– У Ромыча вечером дела, – Алекс поправляет футболку, затем открывает щеколду, – а мы с тобой кое-куда скатаемся, цыпа. И не вздумай сбежать. Поймаю и накажу!

Брюнет оказывает меня странным взглядом, затем парни выходят и как ни в чем не бывало, идут к выходу. Твою мать! Вылетаю и гляжу на себя в зеркало. Щеки алые, глаза горят. Поправляю одежду, делаю пару глубоких вдохов и покидаю туалет…

Глава 5

Алекс.

Я не ошибся. Ротик нашей Риты и правда восхитительный.

Мой член до сих пор пульсирует после ее горячего тугого горлышка. Закрываю глаза и откидываюсь за партой. Нет никакого желания отсиживать эти долбанные лекции, но нужно поймать малышку и отвезти ее кое-куда. Улыбаюсь. Бля, какая же сладкая эта Рита. Впервые в жизни чувствую такой кайф после орального секса. И тем более Алекс Шевцов в жизни не лизал женские щелочки. Но розовые мягкие складочки маленькой второкурсницы, такие вкусные и ароматные манят меня так сильно, что не устоять.

– Эй, Шевцов! – слышу мерзкий писклявый голос Светки, – вы позавчера куда смотались-то?

Она плюхается рядом, пытаясь заглянуть мне в глаза. Рассматриваю однокурсницу и морщусь. Ее духи слишком навязчивы, макияж слишком искусственный. Что мы вообще в ней нашли? Прикрываю веки, вновь утопая в сладостных воспоминаниях.

– Мы с девчонками спустились выпить. Я думала, мы расслабимся, ты выгонишь ту Катьку Пушкареву из спальни и продолжим. Тем более Ромка подтянулся позже.

– Какую еще Катьку? – не понимаю.

– Ну Пушкареву! – она достает зеркальце, украшенное какими-то мерзкими стразиками, и начинает поправлять макияж, – сериал такой был, про уродину. Деревня.

Девушка неприятно растягивает слова, а ее ладонь ложится на мое бедро.

– Отвянь, Жиглова. Ты свой шанс упустила, – сбрасываю ее руку.

– Ну ты и козлина, Алекс, – обиженно дует губы, – а где Рома?

Открываю один глаз и смотрю, как самая популярная девчонка пятого курса краснеет.