Шаг за край

История вещего сна

Ты суфий, если твоё сердце мягкое и тёплое, как шерсть

Народное

Судьба часто даёт нам знаки. Иногда она даёт нам череду знаков, чтобы ничего не перепутали. А иногда берёт нас за ногу и макает головой в большую бочку, на которой написано: «Твоя жизнь теперь не будет прежней». Так меня «макнули» на путь к суфиям.

Всё началось субботним утром. За секунду до пробуждения я увидел себя во сне в мусульманской стране, в мечети, среди молящихся. Надо сказать, никогда до этого я не был в мусульманской стране (Турцию не считаю, слишком светская), не хотел туда ехать, а к исламу относился более чем прохладно.

Но после пробуждения всё изменилось. Мне срочно нужно было туда ехать.

К тому времени я уже умел понимать знаки, вернее, понимал, что игнорировать знаки – себе дороже. Сел на кровати, покрутил в руках телефон и не нашёл ничего лучшего, чем отправить смску с рассказом о сне своему другу-иранцу, живущему в Москве. Зачем – не знаю. Суббота, девять утра, друг спит, плюс он даже не мусульманин.

Ладно, хоть так. Вдруг приходит ответ: «Завтра лечу к родителям в Тегеран на неделю. Хочешь со мной?»

Надо ли говорить, что на следующий вечер мы сидели в такси на пути в Шереметьево.

– Что ты хочешь посмотреть в городе? Какие-то музеи? – спросил он.

– Какие музеи? Я не знаю вообще, зачем туда еду.

– Ну, может, что-нибудь тебя интересует? В Иране богатейшая культура.

– Да, я слышал о таких… как его, суфиях… Это мудрецы и маги исламского мира. Может, можно будет на них посмотреть?

– О, нет, это без шансов.

Суфизм вне закона в Иране после революции. И вообще, я бы не советовал тебе упоминать о них там. Это небезопасно.

Хорошо, молчу. Нет так нет.

Но у судьбы свои планы. Ровно через сутки я стоял у входа в ханику – частный тайный храм суфиев в Тегеране.

Но обо всём по порядку.

Бывает такое состояние, «изменёнка», когда невозможно мыслить, когда жизнь проносится перед тобой потоком картинок, и всё, что ты можешь делать – это плыть в потоке, наблюдая.

Всё происходит как бы без тебя, без видимого усилия, но именно тогда всё происходит как должно, в позволении. Чтоб я так жил!

Первый день в Тегеране был именно таким. Мне показывали улицы, которым я ничуть не удивлялся, потому что узнал их и даже пространно заметил, что точно жил здесь когда-то. Мне представляли людей, которые, чуть услышав мой запрос, пускались помогать, перешагивая страх и неловкость.

Потом меня привели в мечеть.