В постели с тобой

Спустя пару минут на моём столе появляется переливающаяся платиной бутылка, и я смотрю в лицо древнему майянскому богу на этикетке, который точно знает все секреты этого мира. Такой же безжалостный, жестокий и равнодушный, как и я. Выжимаю на тыльную сторону ладони несколько капель лаймового сока, и сыплю на него соль. Опрокидываю стопку в пересохшее горло и сразу же слизываю кристаллы с кожи. Повторяю. И вот уже хвойный аромат заполняет мои лёгкие и туманит мозг, притупляя мою боль. Читаю очередное сообщение от своей ассистентки, уже нашедшей необходимые рейсы и уточняющей все детали.

– Привет, красавчик, – чуть колышется тяжелая занавеска, и в мой тесный мирок заходит красотка цвета корицы, переливающаяся благовонным маслом, как бронзовая статуэтка. Словно она сама только что сошла из одной из ниш в стене этого клуба. Девушка-ягуар.

Я делаю знак рукой, и она послушно встаёт на колени, мягко расстёгивает мои штаны, и вот её тёплые умелые руки уже разворачивают ткань, чтобы прикоснуться к моему полувялому уставшему члену.

Я закрываю глаза, чтобы не видеть её густой курчавый затылок, пока она натренированными губами и ловким язычком начинает оживлять меня, пока я, забывшись, не ощущаю только сплошное беспросветное желание, подогреваемое её профессиональными ласками. Ещё пара минут, и мой мозг взрывается, забыв на какое-то время обо всём, унося меня в тёплые воды Мексиканского залива…

Ещё пара отливов и приливов, и ещё один час, и я выхожу на улицу, где ледяной ночной воздух мгновенно приводит меня в чувство, словно и не было той заколдованной древней маски на бутылке, и только лишь мои пересохшие потрескавшиеся губы щиплет липкий сок лайма, напоминая о выпитом и сделанном.

От чего мне становится ещё противнее, словно я только что прошёл какую-то точку невозврата. Но, словно почувствовав это, из темноты снова выныривает мой гелик, и Серый, лишь молча кивнув, выруливает на трассу, ведущую в аэропорт.

– Вещи уже собрали, подвезут к трапу, – поясняет он, хотя это можно было бы и не говорить: все мои люди работают чётко и слаженно, как винтики идеального часового механизма, однажды уже настроенного гениальным мастером.

Пока не появилась она. Совершенно чужеродное тело в моём окружении. И расстроила все алгоритмы.

Серый Серёга, Серый Волчок-хвать за бочок… И хотя я никогда об этом ему не говорил, я понимаю, что чтобы не случилось, он всегда был рядом со мной. В каждый поганый, мать его, момент моей жизни.