Финансист

Я боролась с ним, пихала его локтями и брыкалась, но все было бесполезно. Он был сильным, а я – легкой.

Слишком легкой, как говорили врачи.

Когда толстый клоун вытащил меня на арену на своем плече, туда же вышла шеренга танцоров в белых халатах и масках и выстроилась в ряд, тыча в меня своими пальцами.

«Дудлл-дудл-дудл-ду-у», – раздался каскад электронных звуков, вырывая меня из одного кошмара в другой.

Я выбрала себе самый радостный рингтон из всех, но это было неважно. Этот звук все равно каждый раз взрывал мне мозг, как атомная бомба.

Открыв глаза, я взглянула на часы на столике у кровати. Было уже за полночь.

«Черт».

Так поздно мог звонить только Рыцарь. Обычно он делал это после того, как его вышвыривали из бара за то, что он в приступе ярости пытался убить кого-то разбитой пивной бутылкой. Я не могла разговаривать с ним в таком состоянии. Я вообще не могла больше с ним разговаривать. Не только потому, что он был раздражен и иррационален, но еще и по другой причине.

Я была единственной, кто знал эту причину.

Телефон снова зазвонил, и пока я несла его по своей детской спальне, светящийся экран освещал мне дорогу таинственным зеленым светом. Не знаю, как это вышло, но даже в своем полубессознательном состоянии я ощущала его присутствие, чуяла нотки корицы от его одеколона, чувствовала жар и ярость, исходящие от его массивного тела. Еще до того как выглянуть в щелку между своими заляпанными жалюзи я знала, что увижу его стоящим под фонарем на улице.

Но это не подготовило меня к тому ужасу, который я испытала, действительно увидев его.

Мои пальцы выпустили жалюзи, и они закрылись. Моя рука прижалась к открывшемуся в ужасе рту. Дорожка к нашему дому была длинной, и с обеих сторон росли деревья, но я бы узнала эту темную фигуру, стоящую в конце нее, где угодно. Это было то, от чего я просыпалась в ночи. Это был монстр под моей кроватью. В последний раз, когда он показал мне, кто я такая, когда пересек черту, я поклялась, что больше никогда не подпущу его к себе настолько близко, чтобы он смог пересечь ее снова.

– В чем дело, Панк? – Рыцарь приближался ко мне, и его голос был зловещим. Хищным.

Я всегда парковалась на дальней стороне боковой улицы неподалеку от концертного зала, где играла группа Ганса. Но сегодня после концерта моя машина оказалась не единственным знакомым предметом, поджидавшим меня на Мэйбл Драйв.

– Что-то ты как-то не рада, – ухмыльнулся Рыцарь.