Рыцарь

Спотыкаясь, он подошел к нам и невнятно спросил:

– Ш-што смшного?

Даже в темноте я смогла разглядеть, какими красными были его глаза. Кое-кто неплохо провел время наверху.

– Твоя сексуальная жизнь, – ответила я, указывая на шевелящуюся кучу в углу.

Рассмеявшись, Тони потянул Джульет к себе. Я закрыла глаза и зарылась в мягкое бархатное кресло, оставшееся мне одной.

Прежде чем я успела понять, что заснула, меня кто-то разбудил, тряся за руку.

– Ну же, Биби, – прохныкала Джульет. – Пошли потанцуем! Вставай!

Я отпихнула ее и свернулась плотнее.

Притворяясь, что сплю, я слушала, как они обсуждают, что со мной делать.

– Тони, давай пойдем. Ты посмотри на нее.

– Да ну к черту. Я хочу тут тусить, тут классно! Детка, ну погляди же, какой кайф.

– Но мы же не можем ее тут оставить. – Джульет говорила почти так же невнятно, как Тони.

Не открывая глаз, я махнула на них рукой:

– Идите, веселитесь. Я норм.

У меня больше не кружилась голова, мне просто очень хотелось спать.

Несчастное последствие подъемов в пол-шестого утра, школы и работы по вечерам.

Теперь захныкал Тони:

– Давай, Би. Моя детка хочет танцевать. Подыми жопу. У меня тут есть кое-что, чтобы ты проснулась.

Приоткрыв один глаз, я посмотрела на Джульет, которая подпрыгивала на месте с вытянутой рукой и верещала:

– И я хочу! И я хочу!

Я села и спросила:

– Что это?

Джульет обернулась ко мне:

– Ну… Это что-то вроде кофеина, который ты так любишь. Ты сможешь танцевать всю ночь!

Я любила таблетки кофеина.

И диетические таблетки. Все, что отбивало аппетит и придавало энергии. И я так устала. Тони я не доверяла ни на секунду, но я доверяла Джульет.

– Давай, Биби! Будет та-а-ак весело!

Черт с ними.

Я протянула руку, в которой, как по волшебству, оказалась маленькая белая таблетка. Она была похожа на таблетку парацетамола.

Черепа с костями на ней нет, подумала я. Это хороший признак.

Кинув таблетку в рот, я запила ее остатком последнего украденного коктейля.

Через секунду Джульет схватила меня за опустевшую руку и потащила на танцпол в дальней комнате. Я была такой уставшей, что даже не открывала глаз, и танцевала под ритмичное техно, как во сне. Но в какой-то момент мое сонное состояние стало меняться.

Я начала ощущать басы у себя в груди, ноты на своей коже, а жар стробоскопа согревал мои закрытые веки изнутри тридцать раз в секунду. Джульет продолжала держать меня за руку, но это тоже было по-другому.