Василиса

 – Шоб ты ей заделал потомство! Она же к табе в самых лучших эротических чуйствах, а ты ей вон чего! Ой, я не могу!

Яга опять схватилась за живот и начала смеяться, а когда она чуть успокоилась, я серьезно спросил:

– Бабушка Вера, а правда, что у меня, как у шатуна, столь хорошая наследственность, что от меня станут рождаться только гении?

Яга внезапно посерьезнела.

– Ходят такие слухи. Но токма никто не знает, правда энто или нет. Вроде бы и вранье, но уж больно много вокруг возни! И вот еще что, ты у Васьки про свою наследственность не выспрашивай.

Не обижай ее даже намеками об энтом! Я уж табе по секрету скажу: Васенька всю жизнь о должности Яги мечтала. Как только срок подошел, с радостью пришла принимать пост. А вот поди ж ты, тебя увидела и как есть влюбилась! Уж не знаю, чем ты ей глянулся. Пришла сама не своя. Говорит, что такого она всю жизнь ждала! А у меня в избушке встретила. И за-ради энтой любви она отказалась от мечты всей своей жизни. Так что цени. Да, и про энтот наш разговор – ей тоже ни-ни!

Я вернулся в избушку один, а Яга осталась заканчивать ремонт ступы. На столе меня ждал обед как раз из тех блюд, которыми Яга с Василисой потчевали меня в первый раз: печеный бык, толченый чеснок, соль и хлебный квас. Не знаю, как это Яга умудрялась одновременно ремонтировать ступу и готовить обед, но я по этому поводу тогда не особо и задумывался – ее знания, ее мастерство. Главное, что обед вновь оказался сказочно вкусным, меня распирало приподнятое, радостное настроение, а самое главное, я здесь почувствовал себя дома.

Это такое непередаваемое чувство: ощущать себя дома! После обеда я прилег на лавку, стоящую рядом с печкой, и сам не заметил, как задремал.

Когда я проснулся, то сразу почувствовал, что жена находится рядом. Открыл глаза и увидел, что солнце уже клонится к закату, и от этого все в избушке казалось окрашенным в красно-багровые тона. Василиса сидела на лавке рядом и нежно смотрела на меня, от одного этого взгляда стало настолько хорошо, что меня всего переполнила нахлынувшая нежность, но я почему-то застеснялся своих чувств и попробовал пошутить:

– Ты нарушаешь традиции: обычно я просыпаюсь, а тебя уже нет.

– Это если мы спать вместе ложимся. А когда ты отправляешься на боковую без меня, то просыпаешься рядом со мной, как в нашу первую ночь.

– Ты хоть расскажи, как ты? Куда ты из ступы на ходу вышла?

– Я – замечательно.