Прежде чем он захочет

Макензи записала имена мужчин и поручила Дэйни или кому-нибудь другому, кто занимался подобными вопросами, просмотреть телефон Нелла и выписать оттуда их номера. Покинув комнату, Макензи снова направилась в комнату для наблюдения.

«Ну что?» – поинтересовался Родригес.

«Это не он, – ответила Макензи. – Но для протокола вот список тех, с кем, по его словам, он проводил время в ночь убийства семейства Куртц».

«Вы уверены?»

Макензи кивнула.

«Он не выразил облегчения после того, как я сказала ему, что его отпустят сразу же, как подтвердится алиби.

К тому же я пыталась вывести его из себя, заманить в ловушку. Он ведёт себя, как невиновный. Но, как я уже сказала, его слова нужно проверить. Нелл действительно в чём-то замешан. Моя ушибленная спина тому доказательство. Думаю, ваши ребята разберутся, что к чему».

«Всё правильно».

Макензи покинула участок в полной уверенности, что Майк Нелл не тот, кого они ищут. Тем не менее, она неожиданно подумала о своём отце.

Всё это как-то связано.

Было нечто схожее между его делом и тем, чем она занимается сейчас. Кто-то проник в дом к супругам, не взламывая замок. Это значит, что хозяева знали его и впустили в дом сами. Она вспоминала отца, его тело, распростёртое на кровати, и одновременно вспомнила снимки с мест убийств супругов Куртц и Стерлинг из материалов дела.

Вспоминая погибшего отца, она ещё сильнее прониклась сочувствием к Харрисону. Макензи очень быстро добралась до мотеля. Она постучала в его дверь, но никто не ответил.

Она прошла к стойке регистрации и обнаружила за ней скучающую девушку-менеджера, занятую просмотром журнала «Star».

«Извините, мой напарник уехал?»

«Да, он уехал буквально пять минут назад. Я вызвала ему такси до аэропорта».

«Спасибо», – грустно сказала Макензи.

Она покинула стойку со странным чувством одиночества. Конечно, она и раньше одна распутывала дела, особенно когда работала детективом в Небраске, но находиться в чужом городе без напарника было особенно одиноко.

Это ощущение было ей неприятно, но игнорировать его она больше не могла.

Чувство подавленности охватывало её всё больше с каждой минутой. Однако Макензи знала одно средство, которое могло ей помочь: нужно было с головой погрузиться в работу. Вернувшись в машину, она снова направилась в участок, думая о том, что ведение дела в одиночку, с одной стороны, вызывает тоску, но с другой – даёт необходимую мотивацию, чтобы вычислить убийцу ещё до конца дня.