Мертвожар

 – Моя лучшая ученица, самая способная и славная.

– Ауч, – он взялся за разбитое сердце.

Прыснув в кулак, Дина потрепала его по голове.

– Не придуривайся, драма квин. Тобой я тоже очень горжусь, хотя мог бы и постараться меня не посрамить на последнем году обучения… Лидонька, вот, с золотой медалью кончила…

– Пфф, – Артур, дите малое, не смог сдержать смешинку.

– Дурень.

– В общем говоря, она живет в соседнем поселке, вот и приходит меня выручать иногда.

– Ага, и просто тряпочкой по столику проводит?

– Ну не могу же я ее заставить весь дом отдраить!

– М-хм, конечно.

Потупив взгляд и подставив кулак под голову, склоненную набок, юноша вновь глубоко задумался, пока не встал со стола, чтобы собрать разобранную побрякушку в коробку.

– А-а-а, ты о редизнутой Констанции говоришь?

– Как грубо!

– Бинго, значится.

Замечания бабули он пропустил мимо ушей, так как порядком устал за день и просто хотел лечь на боковую. Коробка была задвинута под стол, а сам он перебрался на постель в домашнем, ничего не снимая.

– Ты ее уже видел, что ли?

– Как пришел сюда. Чуть ногу мне не отдавила, представляешь?

– Напросился, – заключение было твердо поставлено. – Она и мухи не обидит, ты не наговаривай.

– Я бы поспорил, но спатеньки охота. Ты сама-то как, в порядке?

– Живее всех живых, как минимум! А так-то оно так, время позднее.

Уходя, она уравновесила башенку из бестселлеров пятидесятилетней давности и погасила свет; комнату все еще слабо озарял свет, излучаемый оптикой.

Кружевных снов он не видел, но зато очнулся чуть ли не на заре и, пользуясь роскошной возможностью, умылся да отправился гулять по округе, выбрав под размеренный променад Everybody Wants To Rule The World. Так как душераздирающие вопли усопших его более не беспокоили, был очень даже счастлив, хотя и сонный все еще.

Вокруг ни души – все спят. Он один наслаждался прохладным бризом со стороны набережной и солнцем, что только-только вздымалось над горизонтом и лучи которого мягким светом обтекали крыши высоток, стекая ниже и ниже в медленном темпе, подобно смоле. Ярче всех пылал золотом «Маяк» – монолитная башня, устремленная высоко вверх из толщи воды и окруженная панельными строениями, подобными коралловой стене.

Все знали, что там кипела своя, особенная жизнь.