Черный легион

– Что вы имеете в виду, генерал?

– Бросив вас на произвол судьбы, заставив добираться товарняками, фельдмаршал в тот же день отправил самолетом сюда, в Берлин, своего адъютанта с приказом встретиться с генерал-полковником Беком, – Ольбрихт взглянул на будущего президента, пытаясь выяснить, не желает ли тот сам сообщить подробности визита к нему на дом адъютанта Клюге.

Но Бек сидел, подперев намертво сплетенными пальцами лоб, и всем своим видом напрочь отсутствовал на этом высоком заговорщицком собрании.

– В тот день, когда в Смоленске вы садились на товарный поезд, – еще жестче и беспощаднее продолжал Ольбрихт, – адъютант Клюге передал господину генерал-полковнику письмо, в котором фельдмаршал резко отказался от участия в нашей операции и потребовал впредь не пытаться вовлекать его в подобные авантюры. Представляю себе, каково было господину Беку читать это послание. Клюге решительно потребовал даже не пытаться впредь убеждать его в необходимости участвовать в подобных авантюрах – вот и все, чего мы с вами, доктор Герделер, добились в результате вашего викингского налета на штаб фельдмаршала.

Так что примите наши сочувствия, высказав такие же сочувствия и нам.

Почти с минуту Герделер сидел с остекленевшим взглядом и полураскрытым от ужаса ртом. Его заросшее, грязное, пропитанное потом и угольной пылью лицо было похоже на посмертную маску предводителя лесных разбойников.

Тем более что он предстал перед сообщниками без очков, которые умудрился разбить, еще сидя в товарном вагоне.

– Неужели все, что вы говорите?..

– Можете не сомневаться.

– Господи, такова твоя воля, – только и смог пробормотать Герделер, едва сдерживая себя, чтобы не расплакаться.

19

Ливень разразился внезапно. Молния вырывалась из разлома горы и пронизывала хвойные склоны ее таким мощным огненным шквалом, что, казалось, после него не должно было оставаться ничего живого.

И когда она угасала, становилось странным слышать шумящие кроны сосен и видеть покачивающееся на ветру зеленое марево предгорий.

– Вы должны будете понять меня, князь, – пододвинулся Иволгин поближе к сидящему у самой двери избушки Курбатову.

– Понять? – вырвался из собственных раздумий подполковник.