Фельдмаршал должен умереть

Не допустить ли, что Кларета явилась по просьбе самого Муссолини, который вдруг передумал восторгаться моим появлением здесь? Правда, я не давал ему никаких обещаний, тем не менее…»

– Буду предельно краткой. Если вы окажетесь достаточно внимательным, то очень скоро поймете, что я имею в виду.

– Начинайте свои псалмопения, Кларета, начинайте, – грубовато согласился Скорцени. Он не любил, когда в его присутствии затевали подобные разговоры. Да к тому же не сами правители, а их любовницы.

– «Псалмопения»? – мягко возмутилась Петаччи.

– Впрочем, может, и псалмопения. Хотя никому другому я бы этого выражения не простила. – Ни один мускул на лице Скорцени не дрогнул. Он был весь внимание. – Мы ценим ваши заслуги, Скорцени; вы талантливый диверсант…

– Обойдемся без комплиментов.

– Не мешайте мне! – по-детски обиделась Кларета. – Дайте высказать то и так, как я себе это представляю.

Скорцени демонстративно сжал губы и столь же демонстративно кивнул в знак согласия и покорности.

– Никто не сомневается, что вы будете служить дуче так же преданно, как служите фюреру Германии.

 – «Никто, кроме меня самого!», – хотелось выпалить Скорцени. – Но моя просьба связана вот с чем. Если вы останетесь здесь, синьор Муссолини как бы окажется в тени вашей славы. Да, к вам потянутся офицеры, генералитет, наши местные германцы. Вас будет обхаживать местная пресса. Но подумайте, каково при этом самому Бенито, вашему вечному должнику, которого вы спасли, похитив с вершины Абруццо? В состоянии ли он в вашем присутствии чувствовать себя фюрером Италии?

– Не в состоянии, – с убийственной решительностью заверил Скорцени.

 – Можете в этом не сомневаться.

И опять Кларете понадобилась целая вечность, чтобы как-то прийти в себя.

– В таком случае мы, кажется, начинаем понимать друг друга, – растерянно проговорила она.

– Это вовсе не так сложно, как вам кажется, синьора Петаччи. – Итальянка непонимающе взглянула на штурмбаннфюрера. – Вам, очевидно, доложили, что я дал согласие остаться в Италии, чтобы возглавить службу безопасности?

– Получив при этом чин генерала.

– Вы знаете об этом со слов самого дуче?

– Нет, что вы!

– В таком случае немедленно смените своих информаторов, дьявол меня расстреляй! Сегодня же смените их! Это не информаторы, а крысоловы. Зная об этом моем мнимом согласии, вы и пришли сюда. Вы не ослышались, я сказал: «Мнимом». Поскольку на самом деле я решительно отверг предложение дуче остаться в Северной Италии.