Французский поход

 – Ну, еще ваш телохранитель – татарин Кара-Батыр… Четверо вооруженных мужчин, которых в лесу можно уничтожить первыми же выстрелами из засады.

В карете воцарилось тягостное молчание. Только забившийся где-то в щели сверчок призывно играл на своей боевой свирели, словно чудом уцелевший трубач погибшей армии.

– Вы ведь слышали, что сказала госпожа Ольбрыхская, поручик, – неожиданно изменила свое решение графиня. В ней вдруг взыграла кровь прирожденной авантюристки. – Кроме того, у вас есть приказ.

– Приказ, который я получил, обязывает меня вернуться.

Понимаете, графиня, вернуться? И привезти вас. Иначе все это путешествие теряет смысл. Ну а по поводу того, о чем только что говорила ваша спутница… Я со своими солдатами проезжал этот лес днем и, насколько мне помнится, по ту сторону моста никакого дома лесника не наблюдалось; все тот же мрачный лес. Еще миль пять – только лес, и никаких признаков человеческого жилья.

– Не волнуйтесь, поручик, вам суждено погибнуть не в этом лесу, – сухим резким голосом заметила Ольгица.

 – Но об этом поговорим в другой раз. Если эту ночь мы проведем в постели, то прибудем в Краков через три часа после того, как женщина, которая направила вас сюда, отбудет из него. Но тогда какой смысл в вашем поручении?

– Вот видите, – благодушно поддержала ее Диана.

– Уж не хотите ли вы сказать?… – кончилось терпение поручика.

– Все, что госпожа Ольгица хотела сказать, она уже сказала, – перебила его Диана. – И не рассчитывайте, что я отпущу вас с миром, освободив от приятной необходимости прокатиться с нами по этому лесу.

Кучер, гони!

– Я не могу рисковать вами, ясновельможная. Не скажу, чтобы в этом лесу завелись бандиты. Но здесь водится блуд. И лешие. Это бесовские места. Не думайте, что опасаюсь за себя. Как всякий солдат, я привык встречать смерть…

– Места здесь действительно бесовские, – неожиданно согласилась с ним Ольгица, – об этом нужно помнить, – и умолкла.

– Но ведь все равно нам необходимо ехать, – с укоризной напомнила ей Диана.

 – Иначе опоздаем.

– Вот и я говорю: пора двигаться дальше.

– Кара-Батыр! – позвала де Ляфер, и в ту же минуту у дверцы показалась бритая голова татарина. – Всели-ка мужество в этого труса-кучера.

– Не надо, Кара-Батыр, – вмешалась Ольгица. – Он и так поедет. Езжай, – тихо, так, что кучер едва мог расслышать ее голос, произнесла слепая. – Езжай, езжай. Я отведу от тебя все страхи, все напасти.