Гнев Цезаря

Само появление таких кораблей, как «Джулио Чезаре», один залп которого способен был разрушить половину города, уже служило актом устрашения. Однако все это – в прошлом. Теперь вот весь свой флот итальяшки вынуждены без боя сдавать победителям. Настоящая «аукционная» распродажа некогда могучего итальянского флота – разве не в этом величайшая из превратностей судьбы?!

– Весьма предположительно, – отделался своим любимым выражением адмирал.

– А ведь сейчас уже мало кому известно, что к началу германо-русской войны дуче обладал самым большим подводным флотом в Европе.

– В самом деле?! – вырвалось теперь уже у Гайдука. – В Италии был самый большой флот субмарин?!

– Восторженный факт итальянской пропаганды. Дуче как-то официально похвастался, что у него было больше субмарин, чем у России, у рейха и даже у Великобритании; не говоря уже о Франции или Испании!

– Что весьма предположительно, – проговорил адмирал с такой расстановкой, словно каждое слово пережевывал.

– Возможно, это всего лишь пропаганда? – в самом деле предположил Гайдук.

– Никак нет, господа! После войны это было официально подтверждено англичанами. К слову, при всей артистической напыщенности речей дуче он свято придерживался фактов, не в пример фюреру.

– Вы говорите о нем как о своем кумире.

– В свое время он был кумиром фюрера. Это уже во время войны с Россией в его кумирах оказался Сталин.

– Что весьма и весьма предположительно, – почти болезненно поморщился адмирал. – И вообще, я бы попросил вас, капитан второго ранга, подобные высказывания в присутствии моих офицеров…

– Кстати, надводным флотом своим итальяшки тоже могли гордиться, – не позволил окончательно осадить себя албанский капитан.

 – Так что теперь даже странно, что итальянцы вообще согласились отдать такой линкор вам, коммунистической России.

– А куда им было деваться? – склонился адмирал над Черногорским Бонапартом, как решил называть его про себя Гайдук, словно великан – над провинившимся гномом.

 – Пусть молятся своему папе римскому, что легко отделались. Впрочем, им предстоит передать нам еще несколько, да что там – почти целую эскадру кораблей.

– Знаю-знаю, уведомлён, – выбросил вперед растопыренные ладони Карганов. – Но… Вот именно… Вам приходилось что-либо слышать о князе Валерио Боргезе, адмирал?

7

Декабрь 1948 года. Сицилия.

Вилла «Центурион»

Умберто опустошил бокал, вальяжно потянулся к бутылке и вновь наполнил его.