Гнев Цезаря

– Считаете их незаслуженными? – все еще решал для себя Гайдук: идти на открытый контакт с Жерми или пока что следует выждать?

– Наоборот. Если эта жрица любви и разведки действительно всю войну проработала на несколько стран и сумела уцелеть, специально для нее следует учредить международный орден, нечто вроде Золотого Креста Диверсий и Шпионажа.

– Гениальная мысль. Осталось внушить ее руководителям держав. Но, как представителю соцстраны, да к тому же страны-союзницы, сразу же предлагаю: о нашем разговоре по поводу появления здесь графини фон Жерми забыть.

Иначе может случиться так, что орден «Золотой Крест Диверсий и Шпионажа» под номером один вручать будет некому.

– Никогда не простил бы себе этого, господин подполковник.

19

Слегка замешкавшиеся вахтенные матросы наконец-то спустили трап, протерли тряпочками его влажные, покрывшиеся крупицами морской соли поручни и стали навытяжку у нижних ступеней, готовясь приветствовать своих командиров уже на чужом берегу.

Приближаясь к его ступеням, контр-адмирал Ставинский, только что облачившийся в парадный мундир, предупредил подполковника Гайдука: во время переговоров с итальянским командованием тот обязан присутствовать в роли консультанта.

– Благодарю за доверие, товарищ контр-адмирал, – не особо тянулся в струнку начальник службы безопасности.

– Меня благодарить нечего, – кисловато осклабился командир конвоя. – Исхожу из предписания штаба флота. Хотя итальянским вы явно не владеете, правильно понимаю?

– Так точно, не владею.

Впрочем, знание немецкого и румынского языков позволяет мне свободно понимать речь итальянцев, особенно северных, германизированных.

– Что весьма предположительно.

– Переводчиком с итальянского, – объяснил контр-адмиралу Карганов, – вам будет служить этот господин в штатском, который является военным атташе советского посольства в Югославии.

– Так он атташе в Югославии или в Албании?

– В Югославии и в Албании, так будет точнее, поскольку, являясь военным атташе в Белграде, господин Волынцев одновременно исполняет обязанности атташе в Тиране.

Если понадобится, то в качестве переводчика могу выступить и я, поскольку так или иначе вынужден буду представлять на церемонии передачи албанскую сторону.

– Волынцев? – непроизвольно уточнил Гайдук, вспомнив о полковнике разведуправления, который в сорок первом непосредственно занимался вербовкой Жерми и переброской ее в тыл врага.