Граница безмолвия

– Но и это еще не все, мои адмиралы… – Фюрер вновь уселся в свое кресло и только теперь жестом указал на места за столом внимавшим его рассуждениям адмиралам.

Испросив разрешения, в кабинет осторожно, как бы крадучись, вошел адъютант фюрера и положил ему на стол несколько листиков бумаги. Как оказалось, это были последние фронтовые сводки.

– Как видите, вести с фронтов прекрасные, мои адмиралы, – произнес Гитлер таким тоном, словно прочел предоставленную ему сводку вслух. И лицо его при этом наконец-то просветлело.

 – Мы наступаем на всех участках всех фронтов, и, в общем-то, все идет по плану «Барбаросса». Тем не менее вы, Гюнше, – обратился он к своему личному адъютанту, – сообщите Кейтелю, пусть передаст во все штабы армейских групп: фюрер и Верховное командование вооруженными силами все еще недовольны темпами продвижения их передовых частей. Пусть помнят об этом, если не хотят вести бои за Москву, зарываясь в глубокие снега и выживая в суровые русские морозы. Так что пусть учатся воевать с русскими, пока им предоставляется такая возможность.

Адъютант еще несколько секунд смотрел на фюрера, словно ожидал, что тот сведет это свое неудовольствие к шутке, а выходя из кабинета, осуждающе взглянул на адмиралов-субмаринников, очевидно, подозревая, что это они своей тупостью испортили настроение вождю нации.

– Как я уже сказал, это еще не все, – продолжил фюрера, как только за Гюнше закрылась дверь. – Освоение северных полярных пространств позволит нам проводить испытания новейших образцов техники, в том числе и тех, благодаря которым мы намерены выйти в космос, чтобы присоединиться к нашим звездным братьям по разуму.

Именно оттуда, из районов, близких к полюсу, мы станем запускать наши сверхмощные ракеты, аварийное падение которых не будет вызывать таких последствий, как аварийное падение запущенных нами с известных нам полигонов Германии. И наконец, то, о чем пока что не должен знать никто, кроме вас.

– Так точно, мой фюрер, никто, – в один голос пробубнили адмиралы, хотя этого от них и не требовалось.

Гитлер подошел к окну, задумчиво постоял там, всматриваясь не столько в то, что происходило за ним, сколько в то, что происходило в его собственной душе.

– Для вас не является тайной то, что должно являться тайной для всего остального мира. Люди, которые будут проходить арктическую закалку на наших северных базах, вскоре станут костяком тех арийцев, которые будут закладывать основы нового рейха в подземных мирах Антарктиды.