На острие меча

Вначале д’Артаньян воспринимал это как проявление обычной благодарности – в конце концов, они ведь избавили хозяина от бандитов. Но все оказалось не так просто.

– Вы всем довольны, господин лейтенант? – подошел к нему Оржак, когда настала минута прощаться.

– Еще бы! – вежливо ответил д'Артаньян. – Где бы мы еще столь приятно и безмятежно провели время?

– У меня тоже нет претензий к вам. Приют и харч вы сполна оплатили своими шпагами.

– Не заставляйте нас молиться на шпаги, как на кормилиц, – недовольно поморщился мушкетер.

Он уже хотел садиться в карету, но Оржак упредил его.

– Тем не менее просил бы вас задержаться еще на пять минут. Думаю, судьбы Франции они не решат.

Ничего не объясняя, он увлек д'Артаньяна в трактир, оставив всех остальных на улице. Графу показалось, что хозяин желает отблагодарить лично его, поэтому настроился воинственно. И был крайне удивлен, когда увидел, что у стола, за лестницей, ведущей на второй этаж, в покаянных позах стоят Серж и еще какой-то рослый детина-разбойник, которого д'Артаньян во вчерашней сутолоке как-то не приметил.

– К вам хочет обратиться Серж, вы помните его. Этот вот, отставной сержант, – проговорил Оржак голосом престарелого кюре.

– С просьбой о помиловании? Но я не судья. И даже не прокурор.

– И все же он хотел бы обратиться именно к вам, господин граф.

Д'Артаньян снисходительно пожал плечами.

– Ну что ж, «молитвенно, молитвенно», как изволил выражаться сам сержант-дезертир Серж. Слушаю тебя, грабитель, – тут же обратился к сержанту.

– В шайке грабителей я был всего лишь несколько дней. Оказался в ней случайно, никого ограбить не успел. Кроме того, я, как и вот мсье Чемпан, не дезертир. Я действительно отставной сержант. Но приткнуться мне некуда. Кажется, у вас нет слуги? К крестьянскому житью я не приспособлен, всю жизнь прожил в городе.

– Вчера ты убедил нас в этом, Серж.

– Понимаю вашу иронию. Но вчера – особый случай. Грабитель из меня не получился – это ясно. Но ведь солдат – не грабитель. Вы как офицер должны понимать меня.

– Итак, ты просишься ко мне в слуги?

– Вы получите слугу, способного оголять оружие вместе с вами. В тех случаях, естественно, когда будет позволять ваша честь.