Полковник трех разведок

– Но вмешались сотрудники военной контрразведки? – насторожился полковник.

– Просто работник, к которому обратился наш русский, оказался человеком предельно осторожным, чтобы не сказать, преступно пугливым.

– Вторая версия мне импонирует больше.

– Так вот, этот джентльмен решил, что его в очередной раз проверяет служба внутренней безопасности посольства. И, естественно, отказался принять послание русского.

– Ну, попытка, согласитесь, сомнительная… – побарабанил пальцами по столу Малкольм. – Как и сама версия о серьезном поиске контактов.

Слишком уж непрофессионально подставлялся этот «посольский подкидыш».

– Именно так этот инцидент и следовало бы воспринимать, сэр, если бы не одно обстоятельство.

– Кстати, я припоминаю, что кое-что слышал об этой истории от «посольских», хотя обычно о подобных проколах они стараются не распространяться. Впрочем, на этом наш русский коллега не успокоился, так ведь?

– В том-то и дело, сэр, наш «посольский подкидыш», как вы изволили выразиться, явно не успокоился.

Вскоре последовала вторая попытка установления контакта, в ходе которой Пеньковскому все же удалось передать свое письмо в посольство. Как ни странно, проделал русский эту операцию до предела рисково. Он попросту вручил послание одному из завсегдатаев Американского клуба, который был накоротке со вторым секретарем посольства. Причем вручил, едва познакомившись с этим американцем.

– Все-таки любят русские время от времени крутануть наганный барабан судьбы на своей «русской рулетке», – вальяжно развел руками полковник.

– Или же положиться на перст судьбы, не забывая при этом о тонком психологическом расчете.

– Человек, который информировал меня о первой попытке, сказал, что речь одет о каком-то странном русском типе из Иностранного отдела Управления внешних сношений. И только вчера я убедился, что этим «странным типом» оказался наш нынешний подопечный, полковник Пеньковский.

– Увы, теперь он подопечный Сикрет интеллидежнс сервис, а не наш.

По простоте своей душевной второй секретарь посольства тут же переправил это письмо советского полковника вместе с двумя десятками всевозможных материалов, переданных русскими диссидентами, дипломатической почтой в Париж.

– Вы, очевидно, имели в виду Лондон. Однако звучит ваша версия неправдоподобно.

– Потому что письмо Пеньковского в самом деле ушло Париж.

– Париж – это хорошо. С удовольствием поменялся бы с тамошним атташе.