Рыцари Дикого поля

 – Сатанинское наваждение развеялось, осталась поверженная, но не поддавшаяся женщина?

– Но это действительно… наваждение, – растерянно пробормотал молодой князь.

– Только не надо выбрасываться из окна, не стоит, – придержала его за наплечник камзола, почувствовав, что юный искатель любовных приключений вновь – все так же, турьим рыком оглашая окрестности, – готов бежать от нее. – Лучше попробуем все сначала.

– Попробуем, конечно, только вряд ли… – исходил потом разнервничавшийся, пристыженный собственным бессилием князь.

– То-то же, полковник Гяур. Это как раз тот случай, когда ваша победа над женщиной оборачивается вашим же поражением, – мстительно добивала его фламандка. – Да оставьте вы в покое мою многострадальную грудь – она, кстати, знала и не такие страсти; и положите руки под плечи. Вот так… А теперь молча, сосредоточенно целуйте свой крест, на котором был распят уже не один мужчина, всем остальным я займусь сама, – осторожно поползли ее разгоряченные пальцы по бедрам Гяура.

 – И запомните: быть распятым на женщине – значит познать не меньшие муки, чем когда вас действительно распинают на кресте, мой беглый пленник, – явно подражала она Диане.

– Кажется, я был слишком неосторожным, – все так же расстроенно пробормотал Гяур, понятия не имея, как дальше вести себя с этой самоубийственно властной соблазнительницей. Тем временем руки его уже оказались где-то под теплыми, слегка вздрагивающими и такими заманчивыми лопатками Камелии, и теперь потянулись к ее плечам.

– «Повел себя не так!..» – задорно фыркнула Камелия. – Не в этом дело. Просто все то, что вы пытались только что совершить, делается совершенно не так, как вы себе представляли. Чем только занимается с вами графиня де Ляфер – ума не приложу.

– Пошли бы вы все к черту, – незло, с оттенком грубоватой мужской нежности, пролепетал Гяур, понемногу овладевая собой.

– Послать нас всех к черту – это еще более несбыточная мечта, чем надежда овладеть всеми нами, – окутывала Камелия его теплом своих рук и ног.

 – Но если желание овладеть всей женской половиной человечества – хотя в самой сути своей совершенно безумно, но еще кое-как оправдано, то попытки отречься от нас – дичайшая блажь. Что, опять ничего не получается?

– Ничего, как видите, – зло отрубил Гяур. – Так что давайте оставим эту пытку соблазном.