Рыцари Дикого поля

Но главное заключалось в том, что за его словами скрывалась суровая реальность.

Как бы там ни было, когда офицер вернулся, управитель уже готов был объявить их общую волю. Она состояла в том, что Болевский брал два десятка солдат и еще с полсотни ополченцев и отправлялся в деревню Грабов, якобы для того, чтобы пиршествовать.

– Многие из дворян и лавочников прибыли сюда с повозками, набитыми всяческим добром и продовольствием, – объяснял Ярлгсон хорунжему, который пока что смотрел на него как на городского юродивого, совершенно не понимая, к чему он клонит.

– Ну, приезжают и что?

– И почти у каждого нашелся бочонок вина. Немало бочонков найдется и в самом Грабове.

– Допустим, найдется и что? Хотите собрать все это добро под стенами замка, чтобы откупиться от бунтовщиков?! Вынужден огорчить: ни черта у вас не получится.

– Не откупиться, а заманить этих живодеров в сладостную, хмельную ловушку.

– Именно так, именно так – заманить в ловушку, – поддержали коменданта два брата-шляхтича, принадлежащих к роду Калиновских.

Им обоим уже было под шестьдесят, но каким-то образом они умудрились состариться, так и не приняв участия ни в одной войне, ни в одном карательном походе против повстанцев. Теперь они больше всех опасались за свою жизнь и имущество, поэтому от имени местного дворянства готовы были поддерживать любой план избавления от бунтарской нечисти. – Ради спокойствия Польши мы готовы пожертвовать чем угодно.

– Мы готовы, да… – напыщенно подтвердил предводитель местного дворянства адвокат Костельский.

Этот не в меру располневший господин буквально утопал в собственных телесах, но при этом казался не грозным, а совершенно беспомощным, а потому благодушным. – Лично я воспринимаю события только так…

– Это вы готовы, но не я! – взорвался местный аптекарь. Болезненно-тощий, нервный и непомерно амбициозный, он вызывал у хорунжего какую-то особую антипатию. Впрочем, как и у коменданта замка. – Почему в схватку с грабителями должны вступать мы, мирные подданные? Где войска?! Чем занимается жандармерия? Почему до сих пор не собрано ополчение, а староста бежал, бросив нас на произвол судьбы?! И сколько будет бездействовать наше дворянское собрание?

– Когда вас потащат к ветке, на которой уже болтается петля, вопросов у вас поубавится, – огрызнулся предводитель дворянства, считая ниже своего достоинства что-либо объяснять ему или вступать в полемику.