Субмарины уходят в вечность

Эта выстроенная из белоснежного мрамора вилла, очень напоминающая небольшой рыцарский замок, возвышалась на каменистом выступе, нависающем над миниатюрным лазурным озером. Всего в сотне метров от нее, на омываемом медлительной речушкой плато, высилось величественное строение Золотой Пирамиды Жизни, резиденции Повелителя.

Но самое главное, что в двух километрах отсюда, на берегу другого подземного озерца, находилась консульская вилла самого Посланника, тоже пребывавшая под покровительственной защитой Шамбалы.

Где бы ни приходилось бывать Посланнику, он всегда с удовольствием возвращался из наземного мира на свою виллу «Орнезия», которую назвал так после посещения одной из вилл под таким же названием в Италии. Но запомнилась ему эта итальянская «Орнезия» прежде всего тем, что он побывал на ней со своей юной женой-атланткой Аис, племянницей Повелителя. Которой в честь ее замужества и в виде особого исключения позволено было, единственной из нынешнего поколения атланток, ознакомиться с наземным миром.

О таком свадебном путешествии Аис боялась даже мечтать. Для нее это было то же самое, что для обычного землянина побывать на другой планете. И этим наземным миром она была очарована и потрясена.

Вот только делиться этими восторгами с кем бы то ни было, кроме своего отца, командира эскадры дисколетов, именуемого Пилотом Пилотов, Аис было категорически запрещено. Исходя из «Тайной доктрины основателей», перед всеми остальными обитателями страны атлантов, кроме дископилотов, наземный мир должен был представать таким, каким они могли видеть его, находясь на одном из трех антарктических дискодромов.

Для информационной профилактики некоторым избранным такую возможность иногда предоставляли.

Да, время от времени некоторым атлантам позволено было взглянуть на наземный мир, чтобы потом поделиться впечатлениями с остальными обитателями страны атлантов. Вот только результат всегда был одинаковым: при виде бесконечной заледенелой пустыни теплолюбивые, не привыкшие к температурным изменениям дня и ночи, как и к различиям времен года, атланты приходили в ужас.

В то же время всякий дискарий или даже Пилот, который решился бы «разгласить истинную сущность наземного бытия», тут же подвергся бы казни на Судном камне.

И все же постулаты «Тайной доктрины основателей» Внутреннего Мира не были данью самодурству его правителей.