Субмарины уходят в вечность

Горы, густые леса, которые она видит словно бы с птичьего полета, какой-то южный, явно латиноамериканский, город… И некий внутренний голос, подсказывающий ей: «Аргентина. Это Аргентина».

* * *

…Манфред Зомбарт уже безмятежно спал в отведенной ему гостевой комнатке, когда в комнатушке, занимаемой самой Марией Воттэ, появилась хозяйка замка Хельга фон Штубер.

– Вы довольны Божественной купелью? – без всяких вступительных слов поинтересовалась она.

Это была по-германски бедрастая русоволосая женщина, с толстоватой, но все еще четко очерченной талией и грубоватым баварским лицом, в чертах которого не было ничего отталкивающего, но еще меньше просматривалось в нем что-либо такое, что могло бы по-настоящему привлекать мужчин, не говоря уже о женщинах.

– Довольна, – обронила Мария, не желая обсуждать с ней милые подробности их «термальной» любви с Манфредом Лжефюрером.

В эти минуты она осмысливала всю ту информацию, которую удалось заполучить во время сексуальной пытки в купели, и менее всего желала, чтобы ее отвлекали от этого занятия.

– А мне кажется, что никакого удовольствия вы не получили. Если не возражаете, поздно вечером мы отправимся туда вдвоем. Это действительно нужно делать поздно вечером, поскольку днем чары Божественной купели дремлют.

– Я подумаю над вашим предложением.

– Но я зашла к вам не по этому поводу. Только что звонил адъютант Скорцени.

– Так, и что он вам поведал? – мгновенно вырвалась из состояния мысленной апатичности провидица.

– Через пять минут с вами будет говорить сам оберштурмбаннфюрер, – о Скорцени Хельга всегда говорила с искренним уважением и, похоже, даже побаивалась его. – Разговор предстоит важный. Он просил вас ждать у телефона.

Уже много раз она понуждала Вилли Штубера, чтобы он каким-то образом затащил в замок этого своего грозного шефа, однако всякий раз слышала в ответ: «А не может ли твоя коллекция “купельных мужчин” обойтись без черепа Скорцени?» И единственное, что ей оставалось в данной ситуации, – это в очередной раз объяснять Вилли, что коллекционирует она вовсе не черепа, а нечто совершенно другое.

– Вы уже успели побывать в Божественной купели? – сразу же поинтересовался обер-диверсант.