Воскресший гарнизон

– Признаться, поначалу мне хотелось вывести сюда курсантов унтер-офицерской разведывательной школы дивизии СС «Мертвая голова»[7 - По имеющимся данным, к концу 1944 – началу 1945 годов основу гарнизона «Регенвурмлагеря» составляли два пехотных полка и унтер-офицерская школа дивизии СС «Мертвая голова», а также вспомогательные части.]. Пусть бы немного поразмялись.

– Но потом вспомнили, что воевать-то зомби-тибетцам придется все же с русскими. Хотя, кто знает? Вдруг они решат, для начала, расправиться с вашими «мертвоголовыми» курсантами?

Овербек наконец-то оставил стальное чрево бронемашины и вместе со Штубером взошел на огромный, поросший мхом валун, представавший неким «саженцем» горы, постепенно произрастающей из недр кремнистой возвышенности.

Они казались сошедшимися вместе полководцами враждующих армий, которые, заключив перемирие, теперь невозмутимо наблюдают за тем, как там, в долине, гибнут последние их полки. Действия своих солдат они оценивали как болельщики – действия футбольных команд.

– А чего вы еще ждете от этих тибетцев, барон? – спросил Овербек, не опуская бинокль, но вместе с тем краем глаза наблюдая за реакцией Штубера. – Чем разочарованы? По-моему, «Лама в зеленых перчатках» предоставил нам не такой уж плохой человеческий материал.

Сейчас у штандартенфюрера не было никакого желания убеждать в чем-либо заместителя начальника «Регенвурмлагеря». Но еще меньше ему как экс-коменданту хотелось, чтобы о боевой выучке зомби-воинов барон докладывал Скорцени с такой же кислой миной, с какой наблюдает сейчас за яростным учебным боем.

Да, пока что учебным. Но ведь по-настоящему яростным. Несмотря на то, что у противников нет ни боевых патронов, ни штыков или хотя бы ножей.

– Тем и разочарован, что перед нами пока еще не бой, а всего лишь кадетские учебные игры на полянке, – иронично процедил штурмбанфюрер, поеживаясь в своем легком прорезиненном плаще. Его машина стояла на холме, рядом с броневиком «низверженного» в свое время коменданта «СС-Франконии» Овербека, проходившего теперь по всем официальным документам лишь под псевдонимом «Центурион».

– Считаете, что замена холостых патронов боевыми, а бутылки с водой на гремучие «коктейли Молотова» произвела бы на них какое-то особое впечатление? – пожал широкими, обвисающими плечами Овербек.

Это несоответствие иконописного личика экс-коменданта его крепкой, широкоплечей фигуре ставило в тупик любого ценителя мощи мужского тела.