Золото Роммеля

«Папесса» многозначительно улыбнулась и неопределенно как-то покачала головой.

– Ну, скажем так, не совсем правдой. С одной стороны, мне очень хотелось, чтобы это противостояние между вами и папой завершилось именно таким образом, как оно и завершилось.

– То есть «ни миром, ни войной».

– Чтобы Гитлер отозвал вас из Италии, – откорректировала его ответ Паскуалина, – поскольку сам отказался от своей затеи. С другой же стороны, я понимала: если вас убрать, Гитлер напустит на папу целую стаю других диверсантов и просто наемных убийц.

15

Они выпили немного вина и с минуту молча колдовали над салатом. Тишина, царившая в это время в комнате, как и во всем здании, была подобна тишине монастырской кельи.

Застолье начинало напоминать тайную вечеринку с дамой. Скорцени все еще не до конца уяснил для себя, почему Паскуалина решилась на приезд на Корсику и на этот странный визит. Однако уже прекрасно понимал, чем «папесса» рискует, если их встреча станет известной журналистам.

– Когда после войны по отношению к вам лично мир окажется еще более ожесточенным, чем сейчас вы – по отношению ко всему остальному миру, вы неминуемо вспомните об Италии, обо мне, о папе римском, а главное, о папской резиденции «Кастель Гандольфо». Не зарекайтесь, штурмбаннфюрер, не зарекайтесь, – с чисто женской суеверностью упредила она возражение Скорцени. – Еще неизвестно, как все сложится.

– В любом случае я буду помнить о вашем снисхождении ко мне, фрау Леннарт.

– Пока что рассчитываю на то, что и сейчас, в это очень смутное время, когда к власти на севере Италии вновь вернулся этот мерзавец Муссолини, жизнь папы будет оставаться в безопасности. Для нас не секрет, что Муссолини считает папу римского таким же врагом, как и короля, вместе с маршалом Бадольо, которые в свое время свергли и арестовали его. Хотите не согласиться со мной?

– Не вижу оснований, – передернул могучими плечами обер-диверсант рейха.

– Однако дуче вряд ли осмелится предпринимать что-либо против Святого престола без вашего, штурмбаннфюрер, одобрения и соучастия.

«Так вот оно в чем дело! Вот почему мятежная “папесса” решилась на приезд сюда и встречу с “первым диверсантом рейха”, как именовали тебя римские газеты после освобождения твоим отрядом из-под ареста самого дуче».

Скорцени с самого начала их встречи предполагал, что дело обстоит именно так.