Золото Роммеля

– Так и будет доложено самому Пию XII, – изобразив послушническую мину на лице, заверил его Родль голосом боголюбивого монаха.

– Зря вы острите, гауптштурмфюрер. Лучше бы позаботились о том, чтобы меня как можно реже преследовали.

– Благоразумная просьба, которая, однако, налагает некоторые обязанности и лично на вас, оберштурмбаннфюрер. То есть требует внимательности и крайней осмотрительности, а еще – постоянной связи с людьми, которые будут приставлены для контактов с вами; умения молчать и оставаться преданным той команде, к которой принадлежите.

Я ничего не упустил, барон фон Шмидт?

– И если я соглашусь на эти условия, то?..

– Полной гарантии не даст даже Господь. Но поверьте: заступничество со стороны Скорцени и его людей – вот в чем ваше спасение. Сам тот факт, что ваше имя станут связывать с имиджем «человека Скорцени», – уже многих будет охлаждать.

– Что неоспоримо.

– Другое дело, что к этому заступничеству еще нужно будет прийти, его еще нужно заслужить.

«А ведь тебя уже вербуют, – сказал себе Шмидт.

 – Открыто и нагло вербуют. Хотя Родль прав: если уж кто-то и способен взять тебя в этом предразгромном бедламе под свое крыло, так это Скорцени – со своими легионами диверсантов и тайных агентов».

18

Осень 1944 года. Берлин.

Конспиративная квартира резидентуры СД

…Еще через несколько минут Родль доставил оберштурмбаннфюрера фон Шмидта на одну из конспиративных квартир диверсионной службы СД.

Лестница черного хода в старинном особняке, узкая безликая дверь, мимо которой можно было трижды пройти, не заметив; две небольшие комнатушки, из одной из которых замаскированный ход вел на чердак… Все в этой квартире представало серым и неприметным.

Однако озарял ее своим присутствием золотоволосый гигант с четко очерченным эллинским лицом, плечами циркового борца и могучими ручищами, которые – восстав посреди гостиной во весь свой рост, – парень властно положил на грани офицерского ремня.

– Какое знакомое изваяние! – не мог сдержать своего восхищение барон фон Шмидт, опытным глазом бывшего боксера оценивал мощь и красоту телосложения представшего перед ним полковника вермахта.

Нет, Шмидт и в самом деле мысленно признался себе, что никогда не видел красавца, равного этому мужчине.

– Насколько мне известно, с полковником Курбатовым[13 - С этим героем читатели могли познакомиться на страницах романа «Маньчжурские стрелки».] вы, барон, уже знакомы, – тоном дворецкого произнес Родль.

– Имел честь.