Я выжил, начальник!

Не смогу я в человека стрельнуть, даже в такого гада, как Котов. А Иринка молодец, не оставляет мать. Хотя теперь ребенок тоже приболел. Не везет девке. Хоть бы мужика хорошего ей Бог послал, тяжко молодухе одной.

– Ну что ж, – улыбаясь, проговорила стройная женщина. – Давление нормализовалось. Только, Татьяна Андреевна, поменьше кофе пейте, сердце у вас…

– Да привыкла я, Ирина Павловна, – вздохнула средних лет женщина.

– Но в следующий раз вы можете просто не дождаться меня, – покачала головой Ирина. – В больницу вам надо.

– Да какая больница! – отмахнулась Татьяна Андреевна. – Работы непочатый край. Спасибо, Ирина Павловна, – поклонилась она. – От всех людей спасибо вам огромное. Если бы не вы, то…

– Перестаньте, – вздохнула Ирина. – Я делаю то, чему учили. А вам все-таки надо…

– Зимой так и быть, – поднимаясь, улыбнулась Татьяна Андреевна, – в больницу направишь. А сейчас никак не могу. Ванька вот снова запил. А Толька от жены ушел и пьет. Боюсь я за них.

– Куда уставился, Лютый? – с усмешкой спросил сидевший на заднем сиденье джипа Король.

– Да так, – смущенно ответил здоровяк со шрамом на левой щеке.

– Все никак не забудешь эту медичку, – усмехнулся Котов. – И чего ты в ней нашел? Баб вокруг полно, а ты к этой прилип.

– Нравится она мне, – вздохнул Лютый. – И ничего поделать с собой не могу. Я пытался…

– Погоди, – улыбнулся Котов, – вот как наладим производство, так все тут наше будет. И тогда сама к тебе прибежит. Ты у меня будешь отвечать за безопасность всего промысла.

И охота на тебе будет, и рыбалка, и сбор лекарственных растений, и золото. Вот так вот, понял? Следовательно, и зарабатывать станешь очень неплохо. И главное – с уголовными делами завяжем, перед законом чисты будем. И тогда любая – твоя.

– Да мне не надо любой, – ответил Лютый.

– Как заберем у Азова план, сватов зашлю, – хмыкнул Король.

Глазов

– Погодь, мил человек! – Пытаясь не впустить в дом худощавого загорелого молодого мужчину в черном камуфляже, дед Василий раскинул в стороны руки.

 – Ты гость нежеланный, а потому…

Короткий тычок указательного пальца в солнечное сплетение заставил старика осесть.

– Да ты что, ирод, делаешь-то?! – Старуха взмахнула ухватом. Худощавый поддел ладонью ее локоть, и женщина упала на спину. Вышедшая на шум из кухни Тамара закричала.

– Ша, сучка! – Худощавый поймал ее за шею. – Вот что, шалава, запомни: если хоть что-то вякнешь про Романа Котова, хана тебе и твоим наседкам.