День ботаника

 – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Положим двух-трёх, остальные кинутся их рвать, а мы тем временем отойдём на пару кварталов. До Добрынинки недалеко, туда не сунутся. – Может, укроемся в подъезде? – Петюня кивнул на противоположную сторону улицы, где под покосившейся вывеской чернел дверной проём. – Поднимемся повыше, завалим лестницу, отсидимся…

– И сколько ты собрался отсиживаться? – поинтересовался Сергей. – Они ведь не отстанут, клык на холодец! Застрянем – через час здесь будет половина шипомордников Чернолеса.

– У меня четыре снаряженные обоймы. Ещё в рюкзаке пачка, двадцать штук – и всё.

– А у меня и того меньше. Такой боезапас мигом сожжём, а потом – штыком отбиваться?

– Да я что, я ничего. – уныло отозвался Петюня. – Ты егерь, тебе виднее…

Первую тварь Сергей снял в прыжке, из правого ствола. Выстрелом из левого, в упор, разворотил загривок второй, попытавшейся проскользнуть низом, и едва в этом не преуспевшей – ещё мгновение, и шипы пропороли бы егерю бедро.

Слева часто захлопал карабин. Силы удара пуль промежуточного патрона 7,62 миллиметра не хватало, чтобы гарантированно свалить шипомордника – подстреленные заполошно чирикали, свистели, вертелись на месте, пытаясь дотянуться до ран.

Затвор СКС клацнул и встал на задержку. Петюня воткнул новую обойму, загнал в магазин патроны, но выстрелить не успел – особенно крупный шипомордник, перемахнув через сородичей, обрушился на него сверху.

У челнока было не больше мгновения, чтобы спасти свою жизнь. И он не подкачал: припал на колено и принял трёхпудовую тушу на штык. Гадина извернулась, силясь достать жертву скорпионьим хвостом, но тут штык сломался и тварь отлетела в сторону, шмякнувшись о колонну. На смену ей пришли две другие – низко припали на передние лапы и поджали хвосты для прыжка «колобком». Петюня, вконец потерявший от страха голову, перехватил карабин за ствол и замахнулся, как бейсбольной битой – словно собирался отправить в аут эти смертельно опасные мячики.

По ушам ударил шипящий свист. Первая тварь опрокинулась на бок – из лопатки у неё торчал хвостовик арбалетного болта. Вторая сиганула в сторону и исчезла в завесе проволочного вьюна.

– Эй, сюда ходи, прикроем, да?!

Новый залп – на этот раз к арбалетам присоединились помповые ружья. Хлёстко, как пастуший кнут, ударила винтовка.